— Так-так, — шептала Наташа, бегло изучая материал, предложенный всемирной паутиной.
Фильтровала информацию:
— Имя арабское, персидское. Совместимость с женским именем… Прозерпина, Аврора… Это вам не лишь бы кто… Это нам не надо… Это тоже, — прокручивала ленту с данными. — Растение-талисман — роза, тотемное животное — дятел, дерево — дуб.
Протянула задумчиво:
— М-да, сложный случай. Идём дальше. Стихия — вода. Обладатель имени влюбчивый, страстный, но страсть никогда не выйдет из-под его контроля. Такой человек всегда сумеет её обуздать и направить в нужное русло.
Способен на измену. Любит одиночество. Не хватает власти. Подходящие профессии — психология.
Наташа вскинула брови:
— Понятно, откуда владение гипнозом.
Читала дальше:
— Сферы деятельности — законы и власть, военное дело, мода и дизайн… Это как? — вырвалось ненароком. — Кутюрье? Или боди арт — искусство рисования на теле, цветная роспись по лицу… кулаками?
Уже про себя: «А вот самое интересное! Достоинства: разумность, терпение, умение любить, умение ждать, артистичность.
Хмм… идеальный мужчина… Ага, недостатки: склонность к изменам, скрытность, властность, давление на окружающих. Непостоянство».
Не идеальный мужчина, — хмыкнула девушка, кривя рот. Накопала немало.
Хоть она и считала себя благоразумной, но к предсказаниям в гороскопах прислушивалась. Верить в них слепо не стоит, но и подобная вера предосудительной не считается. Да и носят они рекомендательный характер.
Окончательный вывод оказался неутешительным: у неё имеются две идентичные книжки и два смартфона, дубликаты которых она назвала бы противоестественными.
Есть мужчина, который готов всё объяснить. Но видеть его, а тем более слышать его голос, оказывающий на неё гипнотическое влияние, ей не хотелось.
— Да пошёл ты к чёрту, Шамси Лемма! — выкрикнула Наташа в гулкую тишину квартиры и прошептала полузадушено: — Не выйдет. Я не дам себя одурачить.
***В то время как его сущность раскладывали на положительные и отрицательные составляющие, гехаймрат чувствовал себя прескверно.
Перед ним на столике стояла початая бутылка с тёмным и непривычно крепким содержимым, приглушённый свет не резал глаза, тихая расслабляющая музыка успокаивала.
Откинувшись на мягкую спинку дивана, в просторных одеждах, закрыв глаза, он слушал себя. Слушал не настойчивый глас разума и не надрывный стон сердца. Слушал музыку своей души.
Он видел огненное солнце, заходящее за бескрайние дюны, изогнутые, как лезвие джамбии.
