Свет в ее глазах

Твоя мама не изменяла ему, даже когда он утешался алкоголем, другими женщинами, а ее начал истязать. – Саймон взглянул на маму, сидящую в кресле, и тепло ей улыбнулся. – Для нее это было важно, Лаура воспитана по-другому. И я никогда не поступил бы так с женщиной, которую люблю, не позволил бы ей пойти против собственных принципов.

– Я всю жизнь думала, что именно вы двое разрушили нашу семью.

Мама хотела что-то сказать, но заговорил Саймон:

– Томас был моим лучшим другом, и я знал, что твои родители часто ссорятся, но и представить не мог, что он будет истязать Лауру как физически, так и морально.

Мы сошлись только тогда, когда она подала на развод. Она была верна Томасу. Он ваш отец.

Поверить не могу. Отец просто сошел с ума. Другого объяснения у меня нет. Почему-то он решил, что я не его дочь и поэтому отталкивал меня.

– Если все так, почему он не сделал тест ДНК, чтобы удостовериться?

Мама встала с кресла и подошла ко мне ближе, мягко касаясь моих запястий.

– Он был уверен настолько, что даже не нуждался в ДНК.

Твой отец сам решил для себя это. Здесь нет твоей вины, Джоанна, – мама решила утешить меня.

– Но почему ты не рассказала мне, как он относился к тебе? Что это за великий секрет, который от меня скрывали?

Лаура вздохнула и пригласила меня сесть с ней на диван.

– Я не думала, что этим нужно делиться со своими детьми. Наши разногласия с Томасом были только между нами. Моя вина в том, что я не развелась с ним раньше и позволила своим детям увидеть то, что они видеть не должны были.

Я считала себя сильной, но была слепа и беспомощна. Мне было плохо, и я понимала, что мои дети тоже страдают от этого, но ничего не могла сделать. Я действительно любила вашего отца, надеялась и верила, что он исправится, но все становилось только хуже.

– Неужели ты не видела ни единого звоночка? – решила спросить я.

Невозможно жить с человеком и не замечать его темной натуры.

– Тогда я не считала это тревожными признаками, но теперь понимаю. Твой отец не любил, когда я встречалась с подругами, он узнавал через третьих лиц о том, где и с кем я нахожусь, хотя я всегда ставила его в известность о своих планах.

Я думала, что так он проявляет заботу…

– Мне всю жизнь казалось, что я лишняя в этой семье, – сказала я, даже не посмотрев маме в глаза.

– Ты любишь Конрада больше.

– Я люблю вас одинаково.

– Но ты всегда его прощала, что бы он ни делал, а меня ругала.

– Его я тоже ругала, гораздо чаще, чем тебя, потому что Конрад совершал больше шалостей.