Ты, между прочим, украла у меня целый час здорового сна. Завтрак только в восемь.
— Сегодня — в семь. Матушка изменила планы. Просто я сама решила тебя разбудить.
Она вспорхнула с кровати и бросила мне халат.
— Давай, Леш! Приводи себя в порядок. Матушка хотела поговорить с тобой наедине.
О, теперь мне тоже было что с ней обсудить.
* * *В господском доме царил переполох уже с раннего утра.
Пока я спускался в столовую, мимо меня пробежали лакеи с чемоданами, горничные суетливо доставали чехлы для одежды и потрошили гардеробные комнаты.
Камердинер отца и пришедшая в себя Аграфена отдавали слугам приказы.
— Здравствуй, Феня, — улыбнулся я и даже на миг залюбовался тем, как профессионально девушка руководила сборами.
Увидев меня, помощница присела в реверансе и смущенно заправила выбившуюся из прически светлую прядь за ухо.
— Доброе утро, Алексей Иоаннович. Чем могу быть вам полезна?
— Мне ничего не нужно. Просто хотел спросить, как ты себя чувствуешь.
Феня натянуто улыбнулась.
— Со мной все хорошо, ваше сиятельство. Благодарю вас за заботу и… спасение. Я ваша вечная должница.
— Брось. Любой на моем месте сделал бы то же самое.
Но девушка лишь печально покачала головой.
— Мне повезло, что там оказались именно вы, Алексей Иоаннович. А ваша матушка, да пусть все ангелы мира ей благоволят, приказала мне сопровождать ее светлость в поездке.
Я проводил взглядом двух лакеев, тащивших по лестнице здоровенный сундук.
— Многовато вещей для короткой поездки…
Помощница матери жестом велела отнести сундук в гардеробную.
— В этот сложите коробки с обувью. Скажи Нике, она знает, что нужно положить. — Она обернулась ко мне. — Простите, ваша светлость. Дело в том, что… — она понизила голос. — Полагаю, ваша матушка рассчитывает задержаться в Петербурге. Мне приказано подготовить петербургский особняк к вашему прибытию.
Ничего себе! Вот это новости!
Когда нас отправили в ссылку под Выборг, нашей семье было приказано закрыть петербургскую резиденцию.
Мы больше не имели права жить на территории Петербурга и могли являться в столицу только по особому распоряжению Совета регентов. Сам особняк у нас никто не конфисковал, но и распоряжаться им мы не имели права. Так что огромный дом просто законсервировали, оставив там лишь пару слуг для поддержания здания в пригодном состоянии.
Когда отец или мать редко наведывались в Петербург, было удобнее останавливаться в съемных апартаментах или в гостиницах.
