— И несколько платков.
Пока они выбирали остальные вещи, я снова заглянул в коробку и среди слоев бумаги обнаружил распечатанный лист со списком других покупателей. Быстро сложив его вчетверо, я сунул его во внутренний карман пиджака и развалился на диванчике как нив. Чм ни бывало.
Матушка лишь один раз вопросительно вскинула брови и покосилась на коробку. Я кивнул, дав понять, что мы добыли желаемое и можно уходить из магазина.
Покупки упаковали в несколько фирменных пакетов. Я ожидал, то Фролова и вовсе не станет с нами разговаривать выше положенного, но внезапно она вынесла еще одну небольшую коробочку.
— Лично для вас, Анна Николаевна, — сказала женщина и сняла крышку. — Золотая членская карта нашего клуба. Мы будем рады видеть вас снова в стенах «Меркюре»!
Распрощавшись, мы вышли на улицу. Как же было приятно вдохнуть влажный свежий питерский воздух, наполненный ароматами цветущей сирени и чубушника. Я подхватил пакеты, а матушка, взглянув на коробку с членской картой… выбросила все в мусорку.
— Это был первый и последний раз, когда моя нога ступала на порог этого магазина, — с презрением произнесла она и принялась выискивать взглядом наш автомобиль.
— Поехали домой, Алексей. Этот цирк меня очень утомил. И чай у них невкусный.
Я улыбнулся и жестом попросил водителя открыть багажник. Когда мы разместили покупки и уселись сами, автомобиль тронулся в сторону Петроградской стороны, а матушка тронула меня за плечо.
— Добыл? Показывай!
Я достал из внутреннего кармана листы со списками.
Всего, навскидку, здесь было около полусотни фамилий. И это за десять лет. Многие имена повторялись несколько раз.
— Если женщина была в деловом образе, то, скорее всего, она носила одну из двух моделей — «Карсавину» или «Смит». «Кавальери» слишком романтичная, «Матильда» — верх безвкусицы… Давай начнем с конца списка.
Я быстро пробежался глазами по таблице.
— За последний год… Знакомые нам Безбородко, графиня Головина, твоя подруга Друцкая, Кушелева…
— Погоди, а это кто? — Она указала пальцем на одну фамилию.
— Светлейшая княгиня Юрьевская.
Мать нахмурилась и перешла на едва слышный шепот.
— Это сейчас она носит такой титул. В девичестве она — Ирина Александровна, княжна императорской крови. Она вышла за Владимира Юрьевского, потомка Романовых от морганатического брака.
Я уставился на княгиню.
— Полагаешь, в игру вступили те, на кого никто не мог бы и подумать?
Глава 15
Матушка снова внимательно пробежалась по списку, а затем убрала его в сумку.
