Святой: гарпун для Акулы

Усики его, обмоченные в чае, топорщились, как иглы ежа. — Посторонних на объект не допускать, с местным населением контакты прекратить! Вам, Рогожин, выношу благодарность за отличную организацию боевого охранения…

Святой поднялся и начал было чеканить уставную формулу, но Дронов остановил его:

— И строго предупреждаю: не дай вам бог повторить нарушение приказа!

— Вы о чем, товарищ подполковник?

— О вашей партизанщине на городской улице. Устроили избиение мирных граждан, глумление, понимаешь, над местным населением… Милиция боялась подъехать.

Начальник областного УВД на совещании так и сказал: «Стоило спецназовцам войти в город, как они открыли пулеметный огонь!»

Тут не выдержала жена Кучаева, которая до этого молчаливо обслуживала офицеров.

— Проститут этот начальник! Мафией купленный! — выпалила она.

Дронов от неожиданности вздрогнул и поперхнулся чаем.

Святой не упустил случая двинуть его кулаком по спине.

— Полегчало, товарищ подполковник? — как можно участливее спросил он и, не дождавшись ответа от захлебывающегося кашлем Гоблина, повторил удар.

— Его мильтоны перед обкомом демонстрацию женщин-узбечек расстреляли, сбивчиво говорила женщина. — Его первого у канавы поставить надо и пулю в затылок…

— Кровожадная у вас жена! — просипел Дронов, согнувшись над столом и вытирая тыльной стороной ладони выступившие слезы.

— Нервная! — извинился Кучаев и стал легонько теснить супругу к двери.

Она отталкивала мужа, продолжая поносить продажную власть, местных националистов, эту проклятую дыру, куда их запихнули оберегать груду металлолома и тонны боеприпасов, не израсходованных на последней, как всем думалось, большой войне России.

Беседа с личным составом у Дронова не получилась. Караул поднял тревогу, заметив подозрительные передвижения среди окрестных холмов, и Кучаев с солдатами побежал проверять склады.

— Товарищ подполковник, как там наш батальон? — приоткрыв дверь «УАЗа» перед Дроновым, спросил Святой. — Комбат не приезжает, ротный тоже…

— У них своих забот по горло.

Батальон рассредоточили по области. Остальные — кто где… Поранили комбата, — нехотя, словно это была страшная тайна, сказал Дронов, занося ногу на подножку «УАЗа».

— Постойте! — Святой толкнул дверь, отчего та ударила Дронова по колену. — Что же вы не говорили?

Подполковник скривился и потирал ушибленное место.

— Расстраивать не хотел.

— Черепно-мозговая травма. Орлов уговаривал толпу разойтись.