Связанные прошлым

Они бросали на меня нервные взгляды, прекрасно зная, кто я такой.

Я последовал за ними внутрь, но остался в коридоре, когда они вкатили Валентину в процедурный кабинет. Она снова ободряюще улыбнулась мне. Как только она исчезала, я провел рукой по волосам и резко выдохнул.

Энцо поспешил в мою сторону.

— Мы следим на предмет подозрительных действий, Босс, — он сделал паузу, глядя на меня. В его карих глазах мелькнул намек на сочувствие. — С ней все в порядке?

— Ее сейчас осматривают врачи.

— Уверен, что с ней и ребенком все будет в порядке.

Я коротко кивнул, не желая демонстрировать, как сильно это волновало меня. Энцо кивнул и ушёл. Я был счастлив побыть наедине, даже если это вновь дало мне время возненавидеть себя. Вскоре Джованни и Ливия бросились ко мне по коридору. Мать Вэл открыто плакала, и Джованни пришлось поддержать ее, обняв за плечи. Когда они подошли ко мне, Ливия крепко заключила меня в объятия. Я дотронулся до ее спины. Джованни виновато улыбнулся мне.

— Как она? — спросил он.

Ливия отстранилась, но продолжала сжимать мои руки.

— У меня еще не было возможности поговорить с врачами. Они все еще осматривают Вэл.

Ливия шмыгнула носом.

— Боже, не могу вынести мысли о том, что наша милая Вэл потеряет своего ребенка.

— Она не потеряет, — твердо сказал я.

Джованни оторвал Ливию от меня и прижал к себе.

— Все будет хорошо, Ливия.

Дверь в процедурный кабинет открылась, и оттуда вышел один из врачей, а за ним и второй. Они обменялись взглядами, после чего один из них поспешно удалился, оставив своего коллегу разбираться с нами.

— С ребенком все в порядке? — выпалила Ливия, прежде чем он успел что-то сказать.

Джованни предупреждающе сжал ее плечо, но она смотрела только на доктора.

Доктор повернулся ко мне.

— Да, нарисуйте мне полную картину. Ничего не приукрашивайте.

Он поморщился от моего тона.

— У вашей жены случился преждевременный разрыв плодных оболочек. Она и ребенок здоровы, но для того, чтобы все так и оставалось, ей необходимо как можно больше отдыхать.

Джованни улыбнулся своей жене, их облегчение было очевидным.

Как только доктор дал мне четкие инструкции, как действовать дальше, он ушел.

— Иди, — сказал Джованни. — Уверен, что вы с Вэл хотите немного побыть вместе.

Я зашёл в палату. Вэл выглядела бледной, но мягко улыбнулась мне. Я пообещал себе защищать ее и малыша любой ценой, чтобы дать Вэл то, что она заслужила.