Священный любовник

Он пережил холодный шок, и вспомнил, как коснулся руками шеи, и начал задыхаться, удушье охватило его грудь… кровь… он тонул в своей собственной крови… но потом его зашили и отправили в клинику, где…

Черт, он умер, не так ли? Доктор вернул его к жизни, но он определенно умер.

— Так я нашел тебя, — пробормотал Омега. — Твоя смерть стала сигналом.

Но зачем он сдался Злу?

— Ты мой сын, — сказал Омега искаженным от благоговения голосом.

Сын? Сын?

Лэш медленно покачал головой.

— Нет… нет…

— Загляни в мои глаза.

Когда их взгляды встретились, Лэш увидел другие сцены, видения сменялись как перелистываемые страницы книги. Открывшаяся история заставила его съежиться и одновременно свободней дышать. Он был сыном Зла. Рожденный женщиной-вампиром, удерживаемой против ее воли в этом фермерском доме два десятилетия назад. После рождения его оставили на открытом для вампиров месте. Его нашли и отнесли в клинику Хэйверса… где позднее семья усыновила его в частном порядке, так, что даже он сам не знал об этом.

И сейчас, достигнув зрелости, он вернулся к своему отцу.

Домой.

Пока Лэш пытался осознать увиденное, живот скрутило от голода, и его клыки удлинились во рту.

Омега улыбнулся и посмотрел через плечо. Лессер размером с четырнадцатилетнего подростка стоял в дальнем углу загаженной комнаты, он не спускал своих крысиных глазок с Лэша, напрягшись маленьким тельцем, как свернутая в клубок змея.

— А сейчас насчет твоих обязанностей, — сказал Омега убийце.

Дьявол протянул призрачную руку и поманил парня.

Лессер не столько шел, сколько парил, тело поднялось над полом, а его руки и ноги словно парализовало. Бледные глаза широко распахнулись от ужаса, но Лэшу было о чем подумать и без перепуганного парня, которого представляли ему.

Уловив сладкий запах лессера, Лэш подскочил, обнажая клыки.

— Ты должен покормить моего сына, — сказал Омега убийце.

Лэш не стал дожидаться согласия. Он потянулся, схватил мелкого ублюдка за затылок и подтащил к своим зудящим клыкам. Жестко укусив, он глубоко присосался, кровь была сладкой как патока, и такой же густой.

На вкус она отличалась от той, к которой он привык, но также наполняла его желудок, придавая силы, и это главное.

Он кормился, и Омега начал смеяться, сначала тихо, потом громче, пока весь дом не начал сотрясаться от безумного, кровожадного смеха.

* * *Постучав косячком по краю пепельницы, Фьюри взглянул на то, что сделал своим пером. Рисунок шокировал, и не просто из-за темы.