Священный любовник

Гадкая правда заключалась в том, что часть его нуждалась в этих больных, извращенных отношениях, и нечто большее, чем угроза для него и Хекс, заставляло его возвращаться сюда месяц за месяцем.

Он не знал, известно ли Принцессе о его слабости. Он всегда осмотрительно хранил свои намерения, но никогда не узнаешь наверняка, какой компромат симпат имеет в запасе. Что, конечно, делало маневрирование более интересным, поскольку ставки в игре были высоки.

— Я подумал, что этой ночью мы начнем с маленького представления, — сказал он, отворачиваясь.

Повернувшись к ней спиной, он начал доставлять себе удовольствие, взяв толстый член в широкую ладонь и поглаживая его.

— Скучно, — сказала она, затаив дыхание.

— Лгунья. — Он сжал головку члена так сильно, что из легких со свистом вылетел воздух.

Принцесса застонала при этом звуке, боль Рива все дальше втягивала ее в его игру. Посмотрев вниз на то, что делал, он почувствовал кратковременное, тревожное замещение, будто чья-то чужая рука двигалась по чужому члену.

Но, с другой стороны, было необходимо дистанцироваться от действа, только так его благородная вампирская натура могла вынести сам процесс. Хорошая его часть была не здесь. Он оставил ее у дверей, входя внутрь хижины.

Эта была земля Пожирателей Грехов.

— Что ты делаешь? — простонала она.

— Ласкаю себя. Жестко. Лунный свет красиво падает на мой член. Я влажный.

Она резко втянула воздух.

— Повернись. Сейчас же.

— Нет.

Принцесса не издала никаких звуков, но он знал, что в это мгновение она подошла ближе, и триумф стер раздвоение личности.

Он жил, чтобы ломать ее. Это — гребаный героин в его венах, эта сила бежала по его жилам. Да, потом он будет себя чувствовать омерзительно грязным, и, конечно, из-за всего этого у него случались кошмары, но в данный момент — он ловил кайф.

Принцесса вышла из теней, и громкий стон известил Рива о том, что она видела все его манипуляции. Даже симпатская сдержанность недостаточно сильна, чтобы скрыть ее реакцию.

— Если ты собираешься смотреть на меня, — он снова стиснул свой член, так, что от прилива крови он потемнел, став почти фиолетовым, затем выгнул спину от боли, — я хочу видеть тебя.

Она ступила под лунный свет, и в этом момент он сбился с ритма.

Принцесса была одета в ярко красное платье, рубины вокруг ее шеи мерцали на мертвенно-бледной коже. Ее иссиня-черные волосы были собраны на макушке, глаза и губы были того же цвета, что и кроваво-красные камни вокруг шеи.