Недовольно закатив глаза, все-таки встаю и иду открывать. Потому что знаю, кто там за дверью.
Пока иду, он зажимает кнопку звонка, оглушая непрерывной трелью, от которой волосы дыбом встают.
— Илья! Хватит буянить! — ворчу, распахивая дверь."
"Мартынов продолжает давить на кнопку, при этом смотрит на меня, нагло вскинув бровь. Типа, давай, останови меня.
С недовольным сопением висну у него на руке, стаскивая палец с кнопки.
— Да прекрати ты! — сердито пыхчу, а он лишь усмехается:
— Уже прекратил. Хреново выглядишь.
В животе ком ядовитый снова шевелится.
— Знаю, — соглашаюсь обреченно, за что получаю быстрый цепкий взгляд.
Он делает шаг ко мне, потом еще один и еще. Заставляя пятиться назад.
В результате я отступаю, и он беспрепятственно перешагивает через порог. Не дожидаясь дальнейшего приглашения, разувается, вешает куртку и идет мыть руки, а я только провождаю его растерянным взглядом.
Зачем он пришел! Я же сказала, что не в форме, что нет настроения, что никого не хочу видеть? Или ни черта не сказала? Все это было только в моей голове?
Илья выходит из ванной с закатанными до локтя рукавами и по-хозяйски бродит по квартире, суя свой любопытный нос везде.
— М-дада, — тянет, когда обход завершен, — ну и срач.
— Я же говорю, болела!
— Чем? Сибирской язвой? Переломом всех конечностей? Варь, лапшу на уши не вешай. Ты сумасшедшая чистюля и даже с жаром под сорок начнешь мыть пол, если найдешь на нем какую-нибудь несчастную крошку. Что у тебя случилось?
— Ничего, — жму плечами, — все нормально.
— Голос замогильный, вид как у привидения, дома завал, — обводит рукой комнату, — и ты говоришь, что все нормально?
— Не преувеличивай.
— Даже не думал преувеличивать. Ты в зеркало смотрелась? Знаешь, какой у тебя видок?
Знаю. Неманов просветил:
— Скучная. Никакая. Серая, — выдаю, не в силах сдержать горечь.
Илья пристально смотрит на меня. В голубых глазах колючие льдинки сверкают.
— Та-а-ак. Давай, рассказывай. Что у тебя тут произошло. И не надо пудрить мозги относительно своей болезни.
— Что тебе рассказать?
— Все.
— Поверь, Мартынов, тебе это не надо. Это мои проблемы, и я с ними как-нибудь сама справлюсь.
— Виду я как ты справляешься. Все колись.
Ну я и раскололась. Рассказала ему все, что произошло в те месяцы, пока его не было в стране. Ничего не утаивала, не приукрашивала. Правда, как она есть. Про Неманова. Про нашу совместную жизнь. Про то, какой дурой я была. Про Ирку. Рассказываю, а у самой голос хрипит и слезы из глаз катятся.
