Компенсация за потраченное время на твоих дебильных свиданиях.
— Нет, — я все еще не верю. Хочется ударить его и одновременно сбежать. — Я не верю тебе. Не верю… Я же, я…
— Любишь меня? — хмыкает он. — Это было легко.
— Козел! — за меня заступается Настя. — И вы все идиоты, если думаете, что завтра никто из вас не окажется на ее месте! Пойдем. Ладушка, пожалуйста, пойдем.
Подруга выводит меня на улицу, помогает спуститься по ступенькам, заводит за крыльцо и меня выворачивает. Я сгибаюсь пополам. Все внутренности болезненно стягивает рвотными спазмами.
Голова кружится и ноги совсем не держат. У Насти не получается меня удержать. Я падаю на асфальт, больно ударяясь коленями. Слезы льются еще сильнее. Голоса, цвета и звуки сливаются в единое месиво, от которого тошнит еще сильнее.
— Ччч, — различаю в этом странном круговороте и лечу вверх.
— Спасибо, Алексей Олегович, — это Настя.
— Родителям ее позвони. Пусть приедут, заберут девочку. Я отнесу ее в медпункт.
И он несет, а я рыдаю, пачкая косметикой дорогой костюм.
Выламывает каждую косточку в теле. Болит кожа и даже волосы. А какая-то часть сознания все еще бьется в агонии, пытаясь сказать, что это сон и Кирилл не мог так поступить со мной. Я не хочу в это верить. В его слова. Это невыносимо больно. До хриплого стона и сжатых зубов.
Преподаватель английского кладет меня на кушетку. Чувствую запах валерианки.
— Ничего сильнее нет? — спрашивает мужчина.
— У нас университетский медпункт. Откуда сильнее? А что случилось то? — шепчет медсестра.
— Яйца кому-то надо оторвать! Вот что случилось! — очень зло и опасно отвечает ей Алексей Олегович.
— Ладушка, — Настя касается моей щеки пальцами, — я маме твой позвонила. Она сейчас приедет.
— Спасибо, — хриплю подруге и без сил закрываю глаза, чувствуя, как по щекам продолжают течь обжигающие слезы.
Глава 29
Кит
Чиркаю зажигалкой уже раз в десятый, подношу ее к сигарете и не могу прикурить. Руки ходят ходуном как у херова алкаша с бодуна. Пробую еще и еще. Я же, блядь, упрямый!"
"Трясти начинает еще сильнее.
Зажигалка летит в стену университетского сортира. Туда же врезается мой кулак. Взвыв от боли, обнимаю раненую конечность. В башке все взрывается и кость ломит до самого плеча. Подставляю кулак под холодную воду. В раковину стремительно стекает розовая от моей крови вода. Сердце долбит так, что трещат ребра. Еще немного и оно пробьет кости. Рука уже онемела от боли и ледяной воды, но я все равно держу ее там и смотрю на себя в зеркало.
