Внутри Ники горячо и влажно, она гладит спину, снимает с меня футболку, что падает рядом с платьем.
Снова её целую.
Трахаю на полной скорости.
Целую.
И снова.
Пока задыхаться не начинаю.
Пока яйца не начинают полыхать огнём.
Замедляюсь. Ускоряюсь.
Эта эротическая карусель безумия и похоти, как на бесконечном двигателе. Ника вдруг содрогается, начинает кричать, стягивать меня мышцами, выкачивая силы... Потом опомнившись, что мы можем разбудить ребёнка, кусает меня на плечо, крича с куском моей плоти во рту.
Я сам почти ору, со сжатыми зубами, кончаю в наркотической горячке, почти не видя, почти не слыша, только ощущая под собой влажное податливое тело.
Падаю на Нику, проваливаюсь в полудрему. Сон накрывает глубокий, тяжёлый, всё-таки пол ночи без сна, дают о себе знать. Просыпаюсь от назойливого дверного звонка.
Глава 70: Ника
Я так и уснула рядом с Егором. Проснулась от агуканья дочурки в видеоняне. Как бы хотелось ещё немного понежиться в постели, но ребёнок ждать не будет. А скоро их будет двое.
.. Господи, как я справлюсь. Дети погодки, это очень тяжело, равносильно двойняшкам. Всех забот в два раза больше.
Накинула халат и пошла к маленькой.
Разумеется речи об аборте больше и быть не может. Я даже благодарна Егору, что он оказался такой любопытный, залез в мои документы. Возможно я бы в последний момент передумала, но так получилось лучше. Мы с Егором наконец-то помирились. Нам конечно предстоит многое обсудить, но это мелочи по сравнению с тем, что мы опять вместе.
Малышка покушала, устроила её на диване в куче игрушек, а сама принялась за приготовление завтрака.
Давно с таким удовольствием не готовила. От мысли, что сейчас откроется дверь и выйдет заспанный, но улыбающийся Егор, душа замирает от любви. Мне кажется во мне её так много накопилось за это время. Теперь я готова каждый день ею его одаривать.
Вздрогнула, когда услышала продолжительный звонок в дверь, лопатка, которой мешала яичницу, выскользнула из рук. Подбежала к двери, заглянула в глазок, под дверью стояли Саша с Кириллом.
Саша влетела в квартиру, как вихрь.
— Что случилось, Саш?
— Я переживала. Почему, ты не берешь, этот долбанный телефон! — выкрикнула с раздражением. — Я звоню с восьми утра. Ты не пришла в больницу, Тамара Григорьевна оборвала мне телефон. Я хотела отговорить тебя... молодец, что передумала. Не бойся прорвёмся... — сжала кулаки с боевым настроем. — А этот кабель... он нам не нужен, мы и без него вырастим детей, дадим им всё самое лучшее.
