— Если её не встроить в нормальную среду, то она пропадет!
— То есть, её брак с Эдиком нужен совсем не вам для карьеры, а чтобы спасти пришибленную на голову дочь?
Открыв рот для очередной тирады, захлопывает.
— У Эдика огромные перспективы. Он очень старается! Мы сделаем из него Величину!
— Верю! Но причём здесь Яська-то?
— Он поднимется и поднимет еë.
— Мне не показалось, что она спешит на этот Олимп.
— Потому что она дура маленькая! Но это пройдёт. И потом она оценит и своё место и своего мужа. А сейчас ей просто хочется покуражиться.
Отрицательно качаю головой.
Может, он и прав. Может и оценит. А мне то сейчас что делать?!
Отдавать её будущей Величине?!
Да хера с два…
Отвлекается на телефонный разговор, я ухожу. Уже достаточно разряжен, мне кажется.
Захожу в комнату к Царевне.
— Вань! — подлетает.
— Всë нормально… — хмурясь, уворачиваюсь от поцелуя.
Съезжаю по двери вниз.
Она садится на колени напротив, с тревогой заглядывая мне в лицо.
— Что??
— Мне твой отец…
— Наш!
— Хм… Верно.
В общем, он мне сейчас рассказывал о твоих радужных перспективах с Эдиком.
Поджимает губы, закатывая глаза.
— Я вот, очень хочу сейчас понять, Ясь. Конечная инстанция там, а сейчас ты решила просто пошалить и оторваться перед отъездом со мной. Или…
— Ты что — дурак? — с претензией.
— Нет?
— Нет!! — обнимая за шею, вжимается своим носиком в мой. — Я тебя люблю!
Достаю телефон, протягиваю.
— Звони тогда… — хриплю я. — Скажи ему об этом. Разорви отношения.
— После выборов!
— Нет.
Сейчас! И попроси это не афишировать до понедельника. Всë!
— Вань!
— Звони!!
Хныкает, держа в руках мой телефон.
— Лучше бы меня отец отругал!
— Да?! Отдай телефон! — психуя, дергаюсь за ним.
Падает на спину на ковёр и упираясь ступней мне в грудь, тормозит.
— Псих! Звоню я… — недовольно.
Пальчики скользят по экрану.
— Эдик? Привет. Это Яся…
Глава 40 — МОЯ девочка
Яся делает не так резко и категорично, как мне хотелось бы — с открытым заявлением на весь мир, что любит меня.
И посыланием нахер Эдика.
Но делает правильно. Разумно. Заботясь об отце, наверное.
Ни слова она не говорит обо мне.
А просто извиняется, говорит, что не любит, что так не сможет…
— Почему пьяна?? Ничего я не пьяная! — возмущённо. — Эдик, и я прошу, не афишируй это пожалуйста до выборов. Давай скажем родителям после.
Выслушивает монолог.
— Я понимаю… Да, я знаю… Да, я не права… — покаянно. — Но я не могу.
Их разговор затягивается, он убеждает её.
