Сын Дьявола

Красавчик.

Она распахивает глаза и смотрит ошалело, словно после затяжки травки. Открывает рот, хочет что-то сказать, но я тут же спускаю туда влагу из рта тоненькой струйкой, вижу, как глотает и тут же целую. Грубо, напоминая, кто сегодня ее хозяин.

— Я тоже хочу, — говорит она мне, когда стягиваю с себя безрукавку, и наслаждаюсь ее восхищенным взглядом на свой натруженный пресак.

— Что хочешь, — тут же кладу ее скромную руку на свой член, так, чтобы ее пальцы его обхватили.

— Ну… — опускает она взгляд на свою руку, поднимает на торс, потом на лицо.

Наверное, я схожу с ума, потому что поверить в то, что здесь и сейчас находится Максим Одинцов, просто невозможно. Невероятно.

И еще более невероятно, что его огромный стояк упирается мне между ног, а язык только что вознес меня на невероятную вершину экстаза.

А может быть это только сон? Несложно представить, что из кошмара с собакой вышло вот такое вот эротическое приключение.

И если это только сон, то почему бы не продолжить его… Когда еще я такое переживу… То есть, когда еще мне такое приснится… А значит, можно продолжить, отпустить себя и забыться в крепости сильных рук, в настойчивости твердых, обветренных губ, изощренности языка, которым Максим не только целуется как бог, но и ловко орудует гораздо ниже. Между ног. Там, где сейчас пошло-мокро и сильно пульсирует.

— Может быть, я могу помочь, — предлагаю я, ступая на тонкий развратный путь.

Ловкое движение рук и вот Максим уже лежит на кровати, а я сижу сверху, ошеломленно моргая.

— Да, — хриплый шёпот мурашками разносится по спине, стекает капелей пота. — Ты можешь мне помочь.

Он кивает вниз, на виднеющийся из брюк стояк, и тянет мою руку прямо к нему. Настойчиво, но не сильно.

И я сжимаю мягкую головку, ощущая, насколько тверд ствол ниже. Пальцами обнимаю его и медленно вожу через ткань. Вверх-вниз.

— Достань его, не мучай…

И я смотрю в глаза, облизываю губы и тяжело дыша достаю то, мысли о чем не оставляли меня всю неделю.

— Посмотри, как я хочу тебя, посмотри на него, — тянет он руку к моему подбородку, большим пальцем давит, заставляет опустить голову и столкнуться, наконец, с тем, на что я подписалась.

Член мерцает в темноте влагой, вздымаясь над пахом, как водонапорная башня.