Сын Дьявола

Тот сразу обнимает меня рукой за плечо.

— Вот я бы ему вломил… — и все…

Смотрю на него, как на идиота, но киваю.

— Ваще не понимаю, почему его с тобой поставили.

— Потому что он танцует лучше всех… После тебя, разумеется, — со вздохом объясняю. И сижу, насупившись, до конца репетиции. Потом Виталик извиняется и говорит, что ему пора. И я почему-то сразу взглядом ищу костыли.

Но он звонит кому-то, и через минуту в дверь зала входит водитель его отца. Крупный седовласый мужчина всегда в белой рубашке и черном галстуке.

Поднимает «бедняжку» на руки и под аплодисменты несет из помещения.

Господи, какой дебилизм. И как Виталику самому не тошно от своей беспомощности.

Перевожу взгляд на Максима и Антона. Последний прикрывает рот рукой и ржёт, аж лицо надувается и краснеет.

Смотри не взорвись, придурок.

Все вышли и нас осталось четверо.

Антон улёгся на скамейку, и когда я взглядом требую его ухода, тот только влажно смотрит и подмигивает.

Со вздохом понимаю, что сделать что-либо сейчас невозможно и обречённо шагаю к Максиму, уже ждущему меня в центре.

Играет нужная мелодия и меня прошибает ток от касания рук.

— Давай сейчас без твоих штучек.

— Какие штучки, я здесь вижу только одну. Лживую и пафосную штучку богатеньких мажоров.

Рука яростно чешется, словно обожженная крапивой, и я сжимаю ее в кулак при очередном повороте, чтобы не наделать глупостей. На миг прикрываю глаза. Спокойно. Лана. Спокойно. Сейчас все закончится, и ты окажешься дома. В безопасности. Подальше от него.

«Штучка-шлюшка», понятно, что за слово он имел в виду.

Открываю глаза, когда нужно снова подавать руку. И только сейчас осознаю, насколько Максим хорош в танце. Без лишних зрителей он двигается плавно, ведёт сильно, властно и не даёт сбиться с шага. Можно ничего не делать. Он будет управлять тобою сам. Точно так же, как управлял, пока лишал девственности.

И, наверное, если бы не его периодически острые, как лезвие взгляды, я бы танцевала так же отменно, как он.

— Ближе её прижимай, что ты как салага? Да не за талию, за жопу надо.

— Громов! — уже не выдерживает Ольга Михайловна, пока я стараюсь не обращать внимания на сальные шутки, постоянно чувствуя под кожей жар.

Антон бросает взгляд на Максима, и тот кивает. Ох, и достали они своими ментальными переговорами.

— Вы друг друга и на расстоянии понимаете? — язвлю я.

— Завидуешь, потому у тебя никого нет, кто бы за тебя умер? — шипит он насмешливо, а я молча смотрю в его лицо, краем глаза видя, что Громов покинул зал.