Сын Дьявола

Максим отбегает в сторону, и почти мигом забирается на стену, влезает как герой фильма про паркур.

— Не попала! — кричит он мне, и достает из брюк сигарету, поджигает, делает затяжку и смотрит сквозь белое облако дыма.

Бесит Максим меня неимоверно, до скрежета зубов, до адской боли в сердце. Я оборачиваюсь, рвано дышу, еле сдерживая бешенный ритм сердца и оглядываю комнату. Беру с трюмо самые большие духи.

Замахиваюсь, ощущая, как обнаженное тело пробирает сквозняк и бросаю в окно. Не долетает бутыль и до половины.

— В следующий раз не промахнусь!

Он просто кивает и продолжает смотреть. А на меня давит осознание, душит, убивает, что, не смотря на мою к нему ненависть, на расстояние, я все еще его хочу. Погибаю от того, как закатное солнце золотит его бронзовые плечи и почти чувствую на языке вкус мужского пота, аромат его кожи, страсть, что проистекает из глаз в глаза.

Эта невидимая нить, что даже на расстоянии стягивает горло, душит, сжигает изнутри и вот уже во рту пересохло, как в пустыне и даже слезы, что глотаю, не увлажняют ее.

— Если ты думаешь, что я тебя прощу, то ошибаешься! Я ненавижу тебя! — отчаянно, делая последнюю попытку оборвать эту порочную связь, кричу я.

Максим тушит сигарету, выкидывает ее в сторону леса и только тогда отвечает. Словно нехотя. Словно не хочет разрывать контакта глаз.

— Твое прощение мне не нужно, — кричит он в ответ, только глуше. — Я сам себя вряд ли когда-нибудь оправдаю.

— Тогда зачем ты здесь?

— Прощальный подарок.

Слушаю его и задыхаюсь. Сжимаю руки в кулаки и оборачиваюсь. Хочу ему верить, что бы ни значили его слова.

И вдруг на кровати замечаю небольшой, размером с большой палец, квадратик. Оглядываюсь, но Максима и след простыл. Иду к необычному, чужеродному на розовом покрывале, предмету и осторожно цепляю пальцами.

Флешка. Флешка из той самой камеры. Максим достал ее, а рубашку снял, чтобы… Не знаю. Вид его торса вечно путает мысли.

Сжимаю в руке свое спасение, притягиваю к груди и, смеясь от счастья, падаю на кровать. Нет… нет… Я не стану бедной, я выйду замуж за Виталика и буду очень счастливой. Пусть даже сейчас меня гложат воспоминания о предателе. Прощать его я не стану, но и кол в сердце вставлять, так и быть, не буду. Пусть живет. Теперь уже точно без меня.