Не снимая мешка, его потащили по лестнице вниз, и только оказавшись в камере, генерал смог осмотреться.
Небольшая – всего восемь на двенадцать шагов, с парой металлических коек, парой стульев, тумбочками и, совершенно невиданное дело, умывальником и полкой, на которой, правда, стояло всего две книги. Потёртый томик Шиллера и такой же заслуженный сборник рассказов какого-то Берроуза, видимо – американца. Не успев подивиться столь странному соседству, генерал услышал лязганье дверного замка, и в камеру втолкнули ещё одного человека, в котором Отто не без удивления признал полковника Герда-Пауля фон Белова, приходившегося ему дальним родственником.
– Господин генерал… – несмотря на унылость места, где им пришлось встретиться, полковник коротко поклонился и щёлкнул каблуками своих насквозь штатских туфель."
"– Полно, мой мальчик, – семидесятидевятилетний генерал похлопал полковника по плечу. – Садитесь, расскажите, за какие грехи нас тут собрали. Вам-то наверняка известно больше моего.
– Боюсь, мне нечем вас порадовать, господин генерал, – Герд-Пауль, которому было сорок пять, с улыбкой отнёсся к обращению «мальчик» и покачал головой. – В тайных нацистских организациях я не состоял, жил себе тихо в Геттингене, работал в топографической мастерской…
– Н-да… Всё страньше и страньше, как говорила героиня английского романа[546]… – генерал присел на краешек стула и задумался, глядя в пространство и расфокусировав взгляд.
– Ведь интересно то, что мы с вами не только два боевых офицера, но и оба принадлежим к старинному роду Беловых.
– Но нас таких довольно много, – возразил Герд-Пауль. – Я знаю как минимум человек двадцать с подобной фамилией.
– Да-да. И Николауса, погибшего в небе над Эссеном, и доктора права Георга… – генерал снова задумался. – Возможно, кто-то из наших родственников как-то особо проявил себя в борьбе против коммунистов?
– Мне ничего об этом неизвестно, но даже наше с вами родство, герр генерал, довольно дальнее, – Герд-Пауль покачал головой.
– Непонятно, как нас можно к этому привязать.
Дни шли за днями. Иногда они слышали, как по коридору кого-то ведут, а иногда – как кого-то волокут. Несколько раз ночами их будили дикие крики, но их самих даже не вызывали на допрос. Хотя кормили вполне прилично – просто, но сытно. Раз в день выдавали свежие газеты и даже выводили гулять в крошечный внутренний дворик.
