Сын Тишайшего-2

И на Каспийском море басурмане будут видеть корабли с Андреевским крестом. У боевых золотой крест на пурпуре, а у купеческий на белом полотне.

Ага. Именно пурпур, то есть императорский цвет. Мы правопреемники Византии, отсюда и будем строить идеологию. Вон у Петра и даже Ивана глаза сияют. Они неплохо знают историю, и мои намёки поняли. Братья стоят рядом и с трудом давят рвущиеся наружу эмоции. Ведь государство вместе с новыми символами закрепило идеологию и вектор дальнейшего развития. Думаю, османы очень удивятся произошедшему.

Они считают именно себя наследниками Рума, так по-басурмански называется Византия.

Я хотел протолкнуть более скромную идеологическую базу, с упором на древних славян, но пришлось её отринуть. Мне хватает проблем с церковью, а всё, что касается греков — попы любят. Ну и имперская символика выглядит величественно! Главное — не поверить в свою исключительность и не надорваться. Но для этого есть я. Нам тут Крестовые походы не нужны. Воевать надо рационально и желательно чужими руками.

Последний пафосный штришок и пора заканчивать этот день. Вернее, сегодня народ с солдатами будет праздновать. Думаю, о покойниках и ссыльных все забыли. А бесплатный алкоголь поможет особо памятливым.

— Князь, Морткин? — обращаюсь к зятю, стоящему перед своими людьми.

— Я! — Фёдор делает несколько шагов к помосту, где расположился я с братьями.

Тут же подбегает Апраксин, и передаёт мне длинное древко с навершием в виде двуглавого орла, покрашенного в золото.

— Объявляю о создании Первого русского легиона! — передаю штандарт князю, едва дышащему от распирающих его эмоций, — Это знак легиона.

Запомните, легион никогда не сдаётся и не отступает! Потеря штандарта — позор и расформирование! Поэтому берегите его и носите с честью! Что касается благ, то каждый легионер получит после службы землю. А в случае гибели, его семья и дети переходят на государственный кошт.

Думаю, ещё немного и солдаты в порыве чувств, бросятся качать меня. Как мало надо народу для счастья.

— Слава России! — произношу, глядя на строй воинов.

— Вечная Слава! — раздаётся дружный рёв в ответ.

Это приветствие пришлось офицерам и солдатам по нраву. И запоминается оно быстро.

Вспомнив бурную юность, рука машинально потянулась к солнцу. Но я быстро опомнился и вместе с двумя тысячами воинов ударил себя по груди. На парнях надеты нагрудники, поэтому звон вышел знатным. Красивое получилось легионерское приветствие. Обычные воины будут подносить руку к головному убору.