Сыщик для феи

В Бослице, по словам Делли, народ довольно темный и с магией почти не знаком. Я прав?

– В Гуралии любой шарлатан может выдать себя за мага, – презрительно фыркнула фея. – Там до сих пор от псеголовцев не научились защищаться.

– Час от часу не легче! – поморщился я. – Как не Переплутень, так псеголовец! Ну ладно, сути дела это не меняет. Как мне видится, здесь налицо одновременно два преступления. Первое – несанкционированное использование природных богатств Гуралии и второе – ползучая экспансия мурлюков.

– Бредучая! – не замедлила вставить Маша.

 – Что это нам дает-то, господин одинец?

Я бросил на ее высочество гневный взгляд. Не люблю, когда вздорные девчонки своими колкостями мешают свободному течению оперативной мысли.

– Вам стоит опасаться поломанных бурей дубов, – с самой замогильной интонацией изрек я. – Всего остального, впрочем, тоже.

Мы ехали уже третий день по бескрайним просторам Субурбании, давно оставив за спиной реку Непруху, величаво катящую свои воды к далекому морю. Солнце начало клониться к закату, когда при выезде из очередного леса перед нашими глазами предстал дорожный указатель: «Град Жутимор.

10 верст».

– Хорошее название, – вслушиваясь в звучание красного словца, резюмировал я. – Доброе.

– Что б ты-то понимал! – укоризненно покачала головой фея. – Да если хочешь знать, название это геройское. К твоему сведению, Аким Жутимор – мужественный борец с ордынским нашествием. В честь него град и повеличали. До того он иначе звался.

– Вот как? – удивился я.

– А ты как думал?! Жутями-то ордынцев прозывали, оттого и слово пошло «жуткий», ну и все такое.

А как подступили в прежние столетия жути к этому граду, жители его семь седмиц на стенах дружно держались, пока вся еда до крошки не кончилась. Тогда-то Аким и вызвался хитростью жутей из-под стен увести. Сказался переветником и ночью побег во вражеский стан. Привели Акима к жутьскому умеру, он поганину и говорит: «В городе запасов не осталось, до воробьев все поедено, хоть сейчас штурмовать можно. Да только жители ноне голодные и злые. Коли на стены полезть, многие воины головы сложат. А вот ежели выждать чуток, когда горожане ослабнут, то стены без всякой крови взять можно». А чтоб самим от голодухи ноги не протянуть, готов указать место в лесу, где весь здешний скот упрятан. Жути как о том услыхали, так все за ним враз и пошли. Самим-то кушать небось хотелось!

– Все? – откровенно усомнился я.

– Все, – вновь подтвердила фея. – Как один. И уж куда он их увел, неведомо.