Сыщик моей мечты

Какая девчонка откажет себе в удовольствии болтаться по магазинам, скупая все подряд? Но главное было – чувство превосходства. Главное – власть. Она понимала: я ничего не могу сделать, я полностью от нее завишу. И ей это нравилось. В баре я сказал ей, что денег больше не дам. Она стала угрожать. Я понял, что больше не могу, не желаю пресмыкаться перед этой негодяйкой. И я сказал: пусть все расскажет моей жене. Возможно, я лишусь всего, что имею, что ж… Со мной останется мое достоинство, мой талант, наконец. А это не так уж мало.

Взамен я пообещал все рассказать ее родителям. Это ее ужасно разозлило. И знаете, что она заявила? В этом случае она скажет им, что я ее изнасиловал. Вот здесь, в этом кабинете, после занятий. Я был уверен, она вполне способна на это. Представляете мое положение? Мы расстались, так ни о чем и не договорившись. Я каждое мгновение ждал какой-нибудь гнусной выходки с ее стороны, но ничего не происходило. Она как будто забыла обо мне. Мы ни разу больше не встречались, и когда она не явилась в ресторан, я решил – это из-за меня. Может, испугалась, что я действительно расскажу ее родителям. Все-таки она еще ребенок. Ну, а когда она не явилась домой… Я хотел идти в полицию. Действительно хотел, потому что понимал: если она это проделала со мной, могут быть и другие, и кто-то из этих других – ее убийца. Понимаете? Если они не будут знать, что она за человек… какая она дрянь на самом деле, следствие пойдет совсем другим путем.

– Что же помешало? – спросил Владан, когда Борцов замолчал.

– Струсил, – пожал плечами он. – Знаете, я люблю свою жену. Вы можете вдоволь потешаться над этим, но так оно и есть. Уверен, вам успели наболтать, что я женился из желания получить какие-то блага… На самом деле моя жена – умный, добрый, интеллигентный человек с прекрасным вкусом, тонко чувствующий поэзию. Она уникальный собеседник, можно сказать, энциклопедических знаний. Я безмерно ее уважаю и люблю. Вы спросите, почему тогда в моей жизни возникают другие женщины?

– Вот именно, – влезла я, а Владан сказал с серьезной миной:

– Мне можете не рассказывать.

Но Борцову требовалось выговориться, и он продолжил с театральным вздохом:

– Я поэт. Поэт нуждается в обновлении, в новых, неизведанных чувствах. В эмоциях, бурных и страстных.

– Ты поняла? – повернулся ко мне Владан. – Подозреваю, во всем этом нуждаются не только поэты.

– Ага, – кивнула я с ухмылкой. – Но и куча мужиков, которые просто любят шляться.