Вопрос: откуда взялись эти денежки?
– Может, она и Тихонова шантажировала? Если уж знала о его связи с Катей?
– С Тихоновым побеседуем, – кивнул Владан. – Я бы еще Кузьминым занялся.
– Кузьминым? – удивилась я.
– У которого офис в Костерином переулке.
– Но… Кузьмин-то здесь при чем?
– Пока не знаю. Однако зачем-то она в тот вечер отправилась в переулок. Что или кого надеялась увидеть?
– Ты хочешь сказать… – начала я, но Владан перебил:
– Не хочу, потому что ничего, кроме смутных подозрений, у меня нет. Зато есть, то есть была, девица, склонная к авантюрам весьма опасного свойства.
Возможно, Борцов прав, и ей не столько деньги были важны, сколько желание заставить взрослого дядю подергаться. Если она проделала это один раз, могла попытаться и во второй, и в третий. Пока не нарвалась.
– Будем искать среди знакомых родителей? – спросила я.
К тому моменту мы уже сидели в машине, но уезжать Владан не торопился.
– И среди знакомых тоже, – кивнул он.
Остаток дня и вечер мы потратили на беседы с друзьями семьи Моргуновых.
К близким друзьям добавили не очень близких, а потом и просто знакомых и коллег. Все весьма охотно с нами общались, как видно, считали своим долгом помочь в расследовании. Появление на пороге частных сыщиков их совсем не удивило – о наших визитах предупреждал Моргунов и просил помочь. В том, что полиция найдет убийцу, большинство из опрошенных нами сомневались, и намерение родителей Юли обратиться к нам считали вполне разумным или хотя бы понятным.
Близкие к семье люди считали Юлю «сложным ребенком» и говорили, как было непросто найти с ней общий язык.
Другие опрошенные называли Юлю очаровательной девочкой и были уверены, что она стала жертвой маньяка. Они даже вспомнили о найденном незадолго до этого трупе молодой девушки, который, безусловно, свидетельствовал, что в городе появился этот самый маньяк. Я по большей части помалкивала, наблюдая за тем, как ловко ведет беседу Владан. Ни одного прямого вопроса, но необходимые ответы он получал с удивительной легкостью.
Я-то знала, что его интересовало: общие знакомые, к жизни которых Юля проявляла интерес. Не изменилось ли их поведение в последнее время, и не встречался ли кто с Юлей вне стен ее дома. В ворохе сведений, которые с готовностью на нас высыпали, не оказалось ни одной зацепки, ничего мало-мальски подозрительного или способного хоть немного насторожить.
К вечеру я чувствовала жуткую усталость и раздражение оттого, что удача где-то заблудилась.
