Сжигая запреты

А потом, когда мы остаемся без какой-либо защиты, разворачивается самая значимая ситуация.

– Это не игра, – перечеркивает ложь, которой я прикрывала свои собственные действия, и надевает на мой безымянный палец кольцо.

Я не могу его рассмотреть. Зрение замыливается. Чувствую тяжесть и холод металла. Этого хватает, чтобы мое сердце остановилось. У меня, конечно, были точные представления о том, как должно выглядеть мое помолвочное кольцо. Но сейчас я понимаю, что это абсолютно неважно. Главное, что оно от него – от моего Дани Шатохина.

Он обнимает меня. Мы немного танцуем.

– Пересменка, Марин, – хрипло предупреждает, прежде чем опрокинуть меня на кровать.

«Дошел черед и до нашего романтического ложа», – невольно прокручиваю я в мыслях.

– Что ты за Бог, Дань? – шепчу, спохватываясь, в то время как он уже покрывает мои плечи поцелуями.

– Бог алчности, Динь-Динь.

И начинается сумасшествие, в котором я, в одержимом стремление насытить его, теряю себя.

Уже утром, забравшись на прибывшую за нами яхту, рассматриваю свое кольцо и улыбаюсь. Широкий хомут из белого золота плотно забит бриллиантовой крошкой.

– Тебе нравится? – тихо спрашивает Шатохин.

По голосу слышу, как сильно его это волнует.

– Очень, – отзываюсь шепотом и прижимаюсь, чтобы поцеловать.

Когда заводится мотор, оглядываюсь на остров и с легкой душой прощаюсь.

Да, нам предстоит вернуться в реальность, и она своими нерушимыми составляющими несколько пугает. Но жить постоянно в изоляции невозможно. Мы обязаны ворваться в существующий мир и поймать баланс. Научились этому на острове. Должно получиться и в условиях цивилизации.

В аэропорту, едва я включаю телефон, моей уверенности приходится несколько пошатнуться.

Ты мне не доверяешь?

Ничего Шатохину не говорю. Держу расчет на то, что с глазу на глаз смогу Тёме все объяснить. Нельзя, чтобы он обидел Даню словами. Никому нельзя.

– У тебя дел, наверное, накопилось… – обращаюсь к любимому красавчику, который притянул на себя все взгляды в зале выдачи багажа и даже не замечает этого.

Как всегда, впрочем.

Ладно, девчонки… Хотя именно они больше всего раздражают. А все эти тетки просто недоумение вызывают.