Сжигая запреты

– Бог похоти приглашает тебя поиграть, – протягивает тихо, мягко и до жути мрачно. – Принимаешь?

Я совершаю судорожный вздох. Взываю к своему разуму. Но, блин… А на кой черт мне отказываться? Напомните кто-нибудь! Разве не ради этого я сюда прилетела?

Игра… Это просто игра!

Едва мой голос стихает, Шатохин отступает. По звукам догадываюсь, что возвращается, чтобы закрыть дверь. Освещение меняется, плавно перетекая из естественного ярко-желтого в насыщенный зеленый. Лишь в этот момент осознаю, что в хижине есть электричество.

Медленно моргая, делаю глубокий вдох и, наконец, концентрируюсь настолько, чтобы оценить обстановку. Это место не похоже на типичное человеческое жилище. Мы прошли через дверь, оказались под крышей и между стен, но по сути ничего не изменилось. Здесь царят те же джунгли, что и снаружи. Вот почему мое восприятие изначально ничего нового не зафиксировало. И только приглядевшись, я различаю пусть стилизованные а-ля натюрель, но все же искусственные покрытия пола и стен.

Подсознание ведет меня вправо.

Туда, где на возвышении, в окружении зелени и камней белеет простынями обыкновенное человеческое ложе. Природа – это, безусловно, прекрасно, но я не могу не радоваться тому факту, что нам есть на чем спать.

Впрочем, добраться до чуда цивилизации мне не дают. Даня настигает меня у моделированного под диковинный водоем джакузи. Вновь прижимается со спины и стискивает руками. Я начинаю к этому привыкать.

Чувствую, что это он. Чувствую его. Чувствую себя.

Страха нет. И я не желаю думать о проблемах, обидах и реальности, которая, сука такая, готова ранить в любую секунду.

Если этот демонический бог похоти является главенствующей ипостасью Шатохина, мне необходимо познать его глубину и мощь. Как бы я не снижала риски, убеждая себя, что приняла условия просто забавы ради, это неправда. Я действительно хочу понять всю сущность Дани. Ничего не могу с собой поделать. Когда-то это являлось моей мечтой, которая не сбылась. Упрямства во мне – губительная масса, оно и толкает к новым попыткам.

Я хочу, чтобы Шатохин утратил выдержку и закончил со мной свой детокс. Хочу, чтобы набросился на меня, потеряв самого себя. Хочу, чтобы дышал сегодня только мной.

Боже мой… Чтобы он жил мной!

Шокирует ли он меня? Испугает? Причинит боль? Вознесет к небесам?

Кто из нас окажется сильнее? Я должна проверить.

– Пять, – выдыхает Даня, влажно присасываясь к мочке моего уха.

Слюны очень много. Я ощущаю, как тонкая дорожка стекает мне на шею.