Та, что правит балом

Кондиционер в машине отсутствовал, все стекла были открыты, ветер бил в лицо, и я улыбалась, не чувствуя беспокойства и тем более страха — только безудержное, бессмысленное восхищение быстрой ездой, солнцем, запахом моря, видом стройных деревьев и белых домиков, отсюда казавшихся игрушечными. Мы нашли крохотную бухточку и там остановились. Ден не отпустил машину, и я решила, что вряд ли умру здесь, решила без волнения, равнодушно, просто констатировала факт.

Водитель остался возле машины на дороге, а мы спустились вниз.

Я на ходу сбросила платье и с разбегу бросилась в теплую изумрудную воду с белыми гребешками волн. Ден плавал великолепно, его сильное тренированное тело легко разрезало волну, вдруг появлялось на ней и снова исчезало, движения его рук были точными и уверенными, вызывая невольное восхищение. Потом мы лежали, вытянувшись на песке, так близко, что слышали биение сердец друг друга. Волосы Дена, светлые, редкого серебристого оттенка, растрепались и падали на выпуклый лоб. Может быть, от этого его лицо показалось другим — мягче, проще, человечнее. Он снял очки и, пристроив голову на согнутом локте, с любопытством посмотрел на меня. Мы глядели в глаза друг друга без напряжения, почти без мыслей, и чувствовали дыхание друг друга. Теперь от Дена пахло морем, а не осточертевшим мне одеколоном, может быть, поэтому я и продолжала смотреть в его глаза. Но я смотрела в них слишком долго, так долго, что они перестали мне казаться глазами человека, и я зажмурилась, как ребенок, увидевший что-то страшное, в надежде, что это страшное сразу же исчезнет.

Выражение его глаз действительно изменилось, наверное, поэтому он сел и надел очки. Он сидел, вытянув одну ногу и обхватив руками согнутое колено другой. Я, открыв глаза, видела только его спину, но, даже не видя его лица, я знала, что самое главное он скажет сейчас.

Он слегка повернулся и спросил, все-таки не глядя мне в лицо:

— Чем ты не угодила своему любовнику?

Я медленно поднялась и теперь тоже сидела, зарывая пальцы ног в горячий песок.

— Ты имеешь в виду Рахманова?

— Не угодила? — повторила я. — С чего ты взял? — Я пытливо посмотрела в его лицо, глаза его были скрыты очками, но ответ я знала, догадывалась. По сценарию мне отсюда не вернуться. Возможно, отель мы покинем вместе, но до аэропорта я не доеду.

— С чего я взял? — теперь уже переспросил он. — С того, что ему прекрасно известно: я не оставляю свидетелей.

— Разумно, — кивнула я.