Трубадуры, менестрели, миннезингеры… Но ваганты и прочие были в Западной Европе. Наверное, просто совпадение. У них ваганты, у нас ваганы.
– Но что-то в этом есть, в вагантах. Посмотри, это и вправду место упокоения знаменитых людей, в основном творческих профессий. Высоцкий, Есенин… Чем не ваганты? Здесь и сценаристы лежат.
– Геннадий Шпаликов, известный советский сценарист. Он написал сценарий к фильму «Я шагаю по Москве». В соавторстве с кем-то, кажется…
Евгений с Лилей бродили по аллеям, читали надписи на надгробиях.
– Ты бы хотела здесь лежать? У тебя есть шанс, Лилька! Прославишься, и понесут тебя сюда…
– Скорее тебя, – огрызнулась Лиля. – Ты ж у нас молодой талантливый драматург!
– Давай снимем номер, – вдруг сказал Евгений спокойно, совсем не в тему.
– Какой номер?
– Номер в гостинице.
– А… Смерть возбуждает тебя. Я помню. Гадкий извращенец. А давай, снимем номер. Ты думаешь, меня это шокирует? Нет, совсем, – пожала плечами Лиля. – Будем плясать на костях.
Твоя жена чуть не наложила на себя руки, а мы – поедем в номера…
– Ты шутишь? Почему ты это говоришь? Это ирония?
– Я сама не знаю, ирония это или что. Я сама гадкая, – произнесла Лиля, улыбаясь сквозь слезы. – Я должна терзаться муками совести – ну как, из-за нашей связи Ира твоя чуть руки на себя не наложила! – а я вместо того думаю, какой же ты красивый. И как тебе идет этот костюм, это пальто. Ты похож на киноактера. Ты неприлично, неприлично красив сегодня.
– Разве красота – мужское достоинство?
– Еще какое! Черт возьми, как приятно любить красивого мужчину! – топнула Лиля ногой. – Не лысого, пузатого, кривоногого, а…
Примерно через час они оказались в гостиничном номере, одни. Обычная московская гостиница, очень недешевая, кстати.
С бутылкой шампанского и любимым Лилей «ксю-ксю», купленными по дороге, в алкогольном супермаркете.
– Я не представлял первое время, как ты пьешь эту бурду, этот коктейль, от которого все кишки должны слипнуться… А теперь привык.
Ира, кстати, пьет сухое красное вино. Оно полезным считается, – брезгливо поморщился Евгений. Он поставил бутылки на стол.
– Ну да, полезное. А чем тебе красное вино не угодило? – удивилась Лиля.
– А меня теперь все в Ире раздражает, – признался Евгений. – Она кажется мне неискренней, глупой. Она вся состоит из штампов. Вот считается хорошим тоном любить красное вино – она его и любит.
