Табор смерти

– Кто водит? Я вожу? Да я как на духу! Как на причастии! – снова затараторил Заславский, к которому моментально вернулся ставший уже привычным страх…

Когда Васин отзвонился по результатам операции в Светогорск, ему прямо сказали: будешь сидеть в Москве столько, сколько нужно. И без Копача не возвращайся.

Ждать так ждать. Действительно, больше ничего не оставалось. И потекли июньские жаркие денечки в томительном ожидании.

Как-то странно Васин себя чувствовал. Никуда не нужно было бежать, никаких протоколов писать не надо.

А только спокойно проживать в гостинице общества «Динамо» вместе с толпой спортсменов, среди которых он с восторгом увидел очень известных, чьи лица помещают на первых полосах газет. И еще – ждать. В общем, терпения оперативнику требовалось много, а труда – не слишком.

Чтобы Васин не скучал, в помощь ему оставили Сашу Циркача. Тот, кстати, отработал на все сто со своим внедрением. Все же он агент от Бога, виртуоз своего дела. Так развести Заславского, далеко не мальчика в темных делах, это дорогого стоит.

После удачной вербовки зубодера Васин встретился с Циркачом в тихой обстановке. Посидели на террасе пивной в Нескучном саду, к «Жигулевскому» взяли воблу. И за кружкой как-то разоткровенничались. Разговор с каждой порцией пива становился все более философским и, наконец, невольно зашел про капризы судьбы. Как она неожиданно крутит людьми и в силах ли человек противостоять ей, когда она заводит не туда.

– Ну, спрашивай, как Саша Либерман до жизни такой дошел, – хмыкнул Циркач, разделывая очередную воблу.

 – Как меня судьба неумолимо к вам вела.

– И как она вела? – послушно спросил Васин.

– О, эта история драматичная и поучительная, – Циркач положил на язык тонкую щепку воблы. – Погоняло мое знаешь откуда взялось?

– Я сам из цирковых буду. Родители – гимнасты из передвижного цирка. Раньше такие бродячими назывались, но сейчас старорежимное слово не модно.

– Он самый! Дед мой был цирковым в цирке шапито. Отец был цирковым в шапито. И меня ждало шапито… Если бы…

– Если бы – что? – заинтересовался Васин, прерывая драматическую паузу.

– Глухие двери. Которые закрывают от меня все самое интересное. С детства хотелось шагнуть куда-нибудь за запертые двери, за которыми новые просторы. Резкие и смелые поступки. Незнакомые вещи и события. Это такой нестерпимый зуд – невозможно преодолеть… Ну, не из жадности же, в самом деле, я с той шайкой связался.

– Что за шайка? – Васин отхлебнул на редкость хорошего и почти не разбавленного пива.