— Если вдруг он вообразит себя бессмертным, поговорим уже по-другому!
Благодарно улыбнувшись, Юля кивнула на дверь:
— Значит, путь свободен? Я могу идти?
— Нет! — бескомпромиссно.
— Почему?
Каримов подошел к столу, выключил компьютер, достал из ящика личные вещи и связку ключей от кабинета. А затем коротко пояснил:
— Идем. Я отвезу тебя.
* * *Юля недоуменно уставилась на мужчину.
— Куда?
— В общежитие.
— За… зачем?
— Хочу убедиться, что он не навещает тебя там.
— Не навешает!
— Неубедительно!
— Это лишнее, Марат Евгеньевич! — пробормотала она взволнованно.
— С чего вдруг?
— Слухи же пойдут!
— Расслабься, трусишка! — тихий смешок. — Высажу тебя на остановке.
— Тогда какой смысл вообще меня подвозить? С остановки общаги не видно.
— Смысл есть, — Каримов распахнул перед ней дверь своего кабинета, вынуждая выйти в коридор. — Покажешь мне кондитерку, в которой… тот торт покупала. Он очень понравился Артему. Малой хочет еще.
— Вы не шутите? — воскликнула Юля восторженно. — Вы не выбросили его?
— А должен был?
— За вами не заржавеет!
— Уж кто бы говорил!
— Как же ваш карапуз осилил целый торт? — задумчиво протянула девушка, спускаясь по лестнице вслед за Маратом.
— Он там не лопнул?
— Ну, во-первых, это для него особенный торт! — пояснили ей, не оборачиваясь. — А во-вторых, он же не один его ел!
Попова не могла перестать улыбаться. В груди словно праздничная хлопушка взорвалась от осознания, что Серп все же принял ее подарок. Он его съел.
Вскоре они добрались до его автомобиля.
Но прежде, чем сесть в салон, Юля внимательно огляделась по сторонам. Меньше всего ей хотелось новых сплетен в стенах института.
Первым делом они направились в кондитерскую.
Затем Каримов заехал в банк по своим делам."
"И лишь потом повез ее в общежитие. Все это время они практически не общались. Перебрасывались редкими, ничего не значащими фразами, и только. Девушка чувствовала себя крайне неловко, но не решалась заговорить сама. А мужчина будто бы замкнулся в себе после ее расспросов про Артема.
Однако, когда до конца маршрута оставалось не более километра, мужчина вдруг поинтересовался:
— Как долго вы были вместе?
— С Ильей?
Одной рукой вывернув руль и наблюдая цепким взглядом за дорогой, Марат кивнул. Юля тяжело вздохнула, остро чувствуя горечь разочарования.
— Почти три года…
— Три года? С ним? Серьезно?
Смутившись, она ничего не ответила.
Просто отвернулась к окну, скорбя по потерянному времени.
И проклиная собственную доверчивость.
