Тай – значит умереть

И тут я вспоминаю эсперанто – слово, которое должны понимать все нации, – сэйм-сэйм. Так звучит, с двойным повтором, и у тайцев это слово означает – такой же.

Показываю на нашу крышу и говорю, что сэйм-сэйм, потом называю палочки «Твикс» (вдруг едят?), изобразив указательным и средним пальцами, что наши дома – близнецы.

Смышленые немцы поняли и приняли приглашение. Сняли ботинки перед дверью и вошли в дом.

– Зер гуд! – резюмировали гости.

А чего бы он не понравился? Две спальни, крытая веранда, кухня.

Через неделю новый сосед уже ладил забор, привязывая бамбуковые шторки к штакетнику, чтобы снаружи ничего не было видно.

На следующий день завез полный пикап мебели. Раздобыл где-то на ретро-распродаже. Настоящая, деревянная. Правда, цвет – вся вразнобой. И вот старый тощий немец с тщедушным водителем пикапа пытаются разгрузить вещи.

Сашина душа не вынесла. Он подошел и предложил свои услуги. Втроем это было тоже тяжело, но хотя бы подъемно.

Через десять минут все мокрые насквозь закончили работу. Хозяин рассчитался с грузотакси и протянул Саше свою потную руку:

Тем же отработанным жестом полез в портмоне. Я только собиралась крикнуть «найн», вылезшее из подсознания, как сосед извлек из кармашка стопку визиток и, отслюнявив одну, протянул нам.

– Мерседес Бенц?! – с удивлением почитал Саша на латинице.

– Коммунист… Дрезден, – двумя словами дал понять Хельмут, откуда его корни.

Так у нас появился немецкий товарищ.

Мы научились общаться жестами. На пальцах рук выкинули свой возраст. Ему 84, Саше 64, мне 51.

Самое прикольное, что у Хельмута был а-ля настоящий немецкий мотоцикл. С люлькой. Не типа Урал, а грузовой мотик с коляской на одном колесе. Он всегда в ней что-то привозил, обустраивая свой дом. Ни у кого из наших знакомых не было такого безопасного транспорта, напоминающего черно-белое кино из детства.

Хельмут один из немногих в поселке не имел никакой жены. И сколько я ни пыталась выяснить, почему он не женится, не облегчит в столь почтенном возрасте свой быт, мне это сделать не удавалось.

Немецкий с кондачка не выучишь.

С утра звонок. На пороге Хельмут с новым водонагревателем в коробке. И вид такой растерянный.

– Алекс, как установить? – спросил он глазами.