Тайна моего положения

Морщинки вокруг глаз разгладились, а в голосе зазвучала искренняя озабоченность: — Простите, что лезу не в свое дело, но ваш взгляд более чем красноречив, и, кажется, вам пришлось столкнуться с этой подлостью. — Уверяю вас, в моем доме вам ничего не угрожает, обычное старческое любопытство. Все мои друзья и знакомые до изжоги мне наскучили — вечно одни те же истории за бокалом бренди, одни и те же шутки на званых ужинах. А вы словно глоток свежего воздуха в этом затхлом склепе. И признаться, меня удивил старик Харви, он давно предпочитает одиночество и не особо разговорчив, а тут вы… — его взгляд стал задумчивым, словно мужчина пытался разгадать сложную головоломку.

 — Мне жутко интересно, что произошло, что Харви изменил своим принципам.

— Боюсь, у него не было выбора, когда в его мастерскую зашла мокрая, замерзшая, попавшая в очень затруднительное положение девушка, — с улыбкой произнесла, невольно вспоминая тот промозглый день. Капли дождя стучали по стеклам, а я стояла на пороге, дрожащая и растерянная, в насквозь промокшем плаще и в ботинках полными воды.

— Вы правы, — с заботливой улыбкой ответил мсье Арчи, и морщинки в уголках его губ сложились в лучики, придавая его строгому лицу удивительно мягкое выражение. А длинные пальцы рассеянно забарабанили по подлокотнику кресла, обитого темно-зеленым бархатом. В этом простом жесте читалось какое-то задумчивое беспокойство, словно он тоже погрузился в воспоминания о своем прошлом.

Внезапно я поймала себя на том, что теплота в голосе мсье Арчи и его искреннее участие пробудили во мне некую симпатию — то чувство, которое я себе редко позволяла в этом новом, незнакомом мире…

— Отец настоял.

«Блэквуды всегда были охотниками», — процитировал мсье Арчи, слегка изменив голос. — Традиции, знаете ли. Как и женитьба на подходящей партии, и занятие семейным делом… а в молодости я мечтал изучать астрономию, — внезапно признался мужчина, кивнув на телескоп у окна. — Даже поступил в университет, но… отец счел это блажью.

— И вы подчинились? — спросила, заметив, как потемнел его взгляд.

— А был выбор? Женился, как велели, вел дела, как положено, растил наследника… — его голос дрогнул на последних словах. — Знаете, что самое забавное? Мой сын… он тоже любил звезды. Мог часами сидеть у этого телескопа. Я позволял ему то, чего не позволили мне, — мсье Арчи резко замолчал, уставившись в камин.

В комнате на мгновение повисла тяжелая тишина, нарушаемая только тиканьем часов и потрескиванием поленьев в камине.