Тайна поместья Эбберли

Сэр Джон пожимал руку Уинстону Черчиллю на фоне высоких книжных шкафов. Вероятнее всего, фото было сделано во время войны, когда заводы Вентвортов выполняли военные заказы.

Но Айрис заинтересовало даже не фото, а паспарту.

Оно было сделано из уже пожелтевшего матового картона, и прямо на нём рукой Джона Вентворта – теперь Айрис хорошо знала этот почерк – было написано:

«Встреча мистера Уинстона Черчилля с представителями промышленности в Сэдлер-Хаусе. 20 июня 19…»

Год был перекрыт рамкой.

Почему на столе Руперта стоял портрет его приёмного отца? Не матери, которая воспитывала его с двухлетнего возраста, а отца, которого он, скорее всего, не помнил и с которым провёл под одной крышей всего несколько месяцев.

А ещё Айрис тревожило другое.

Инспектор Годдард сказал, что показал письмо из кармана леди Клементины всем, и никто не узнал почерк.

Мюриэл видела те письма, а почерк был очень узнаваемым, парадоксально узнаваемым: даже слов было не разобрать, но его рисунок считывался. Но за шесть лет она вполне могла забыть.

Но вот Руперт… Он видел надпись на паспарту несколько раз в неделю. Он должен был узнать, кто написал то письмо.

Это было недоказуемо, но Айрис была уверена, что он солгал.

– Почти приехали, мисс Бирн, – сообщил Аллен.

Айрис подняла глаза от блокнота, в котором записывала все те вопросы, что у неё за сегодня накопились, и увидела в конце дороги острую крышу церкви Святых Марии и Этельбурги.

Ей нужно было хорошенько расспросить миссис Хинсли, экономку в доме священника, об отце Мейсоне и о приходе, но вместо того, чтобы ещё раз подумать над будущими вопросами, она думала о том, что обнаружила в кабинете Руперта Вентворта: портрет человека, которого он можно сказать что не знал и который был ему отцом лишь по документам.

Ещё среди журналов и книг по обустройству дома и сада Айрис заметила несколько очень неожиданных для Руперта изданий. Например, британские и американские медицинские журналы и книгу некоего Герберта Юджина Уолтера «Генетика: Введение в изучение наследственности».

Кроме того, Айрис заметила небольшой листочек, на котором буквами, похожими на детские, было написано: «Д-р Джеймс Эмери, Манчест. унив. Связаться». А чуть ниже в жирном, много раз обведённом кружочке были написаны две фамилии без всякого пояснения:

Айрис очень сильно сомневалась, что генетика входила в сферу профессиональных интересов Руперта Вентворта.