Тайная связь его величества

Лидка моим знакомым хороших кур продает, не тех, что сами от старости померли. Отдаст по оптовой цене. Ой, как тебя жаль! Приходи ко мне, завсегда самое лучшее отпущу. На!

Катя положила на прилавок пятирублевую монету и торжественно объявила:

– Скидка! К тем девяти, о которых сговорились. Вам с мужиком сейчас деньги нужны, а то ведь врачи догола разденут.

– Не надо, – отказалась Таня, – неохота тебя грабить.

– Бери, бери, – настаивала Екатерина. – У нас-то с моим мужиком сейчас не самые черные времена. Евонная мать нам в наследство однушку свою отписала, жильцов туда пустили.

Я от чистого сердца.

– Спасибо, – заулыбалась Татьяна. – Сейчас мне недосуг, а завтра подскачу, договоримся про кофту с кружевными вставками, задешево стачаю. Пошли, Ваняшка. Шикардос мы картофлю оторвали, одна к одной!

Я двинулся за Таней. В конце концов совершенно не важно, какие местоимения употребляет человек – евонная, евошная, ейная, ихняя, и фиг бы с ними, с глаголами «ложить», «покласть», с неправильным ударением в слове «звонит», главное, какая у него душа, добрая или злая.

Торговка Катя мне понравилась. А вот от Ники Сафроновой, несмотря на всю ее рафинированность и два высших образования, я сбежал, услышав, как она общается с пожилой консьержкой в подъезде своего дома. Очень не люблю людей, которые позволяют себе хамить пожилым людям, вынужденным на старости лет мыть грязные ступеньки.

– Молодец, Ваняшка, – похвалила Танюша, отойдя подальше от прилавка Кати. – Сначала ты растерялся, похвалил товар, но быстренько сообразил и нормально выступил.

Хорошо про картофлю пошутил, что она с куста падает, веселое слово всегда к месту. Я чуть не расхохоталась, когда представила, как клубеньки на ветках покачиваются. Надо же такое придумать – кусты картошки… Ой, умереть!

– Знаю, что картофель не смородина, но как еще назвать зеленые побеги на поле? – удивился я.

– Ботва это, Ваняшка, – улыбнулась жена Ильи.

– Ладно, буду знать, что корнеплоды с ботвы падают, – вздохнул я.

– Ну хватит, перестань меня смешить.

Любому дураку известно, что картофля в земле сидит, как морква.

– Да? – еще больше удивился я. И пробормотал: – Про морковку я в курсе, а вот с картошкой, значит, пробел получился.

– Так ты всерьез говорил? – всплеснула руками Таня. – Ваняшка, неужели никогда не видел, как картофлю собирают?

– Успокойся, Танюша, я шучу, – быстро сказал я, ощущая себя полным идиотом.

Конечно, картофель зреет в почве! Странно, что я забыл об этом.