Тайная жемчужина

Флер отвернулась от окна и прошлась по комнате, Ей не следует думать об этом. И о Дэниеле тоже. Она не должна о нем вспоминать. И тотчас же перед ее мысленным взором возникли голубые глаза, мягкие светлые волосы.., и его чудесная добрая улыбка. Высокий и стройный Дэниел был в черном одеянии священника.

Он никогда не целовал ее. Только руку, всего один раз.

Она очень хотела, чтобы он ее поцеловал, и однажды попросила об этом… Но Дэниел отказался. Он с ласковой улыбкой сказал, что мог бы поцеловать ее только после венчания.

Но что бы он сказал, если бы узнал о том, что она стала проституткой? Какими глазами посмотрел бы на нее? Простил бы он ее? Конечно, простил бы, как Иисус прощал женщин, которых обвиняли в супружеской неверности. Но она не нуждается в его прощении. Ей нужна была его любовь, нужна была защита. Правда, теперь все это в прошлом.

Она никогда не вернется домой. Если же вернется, ее схватят и повесят. Так что лучше уж ей оставаться в доме герцога.

Но герцог… Как бы элегантно он ни одевался, она всегда будет видеть его таким, каким он предстал перед ней в гостинице «Бык и рог».

Впрочем, Флер прекрасно понимала, что у нее нет причин ненавидеть герцога Риджуэя. Ведь она по доброй воле пошла с ним в гостиницу, и он хорошо заплатил ей, к тому же накормил ее.

Но она ненавидела герцога за то, что боялась его, за то, что он внушал ей отвращение. Из-за него ей, возможно, придется покинуть Уиллоуби-Холл, придется бежать отсюда так же, как когда-то из Герон-Хауса.

Флер закрыла глаза – и тотчас увидела обнаженного герцога, склонившегося над ней… Она судорожно сглотнула, пытаясь подавить позывы тошноты.

На следующее утро герцог Риджуэй постучал в дверь гостиной герцогини. Жена, как обычно, послала за ним горничную, без подобных приглашений он редко заходил в ее покои.

– Доброе утро, Сибилла. Как ты сегодня?

Герцог подошел к супруге, и она, как всегда, подставила ему щеку для поцелуя.

– Уже лучше. Ночью меня немного знобило, но сейчас стало получше.

Он взял ее за руки, но она тотчас же высвободилась.

– Вам следует беречь свое здоровье, я не хочу, чтобы вы заболели, как прошлой зимой, – проговорил герцог.

– Я приказала мистеру Хаугону рассчитаться с мисс Гамильтон и уволить ее, – сказала Сибилла, глядя на мужа своими огромными голубыми глазами. – Но он сказал мне, что должен сначала поговорить с вами.