Тайны летней ночи

Это простое прикосновение, однако, мгновенно нарушило ритм его дыхания.

— Нет, — пробормотал он, кладя ногу на ее тесно сомкнутые бедра. — Очень редко.

— Почему… — начала она, но со слабым стоном замолчала, когда он обвел большим пальцем атласную кожу груди и, нагнувшись, взял губами тугой сосок. Аннабел жалобно вскрикнула, но язык продолжал терзать чувствительную плоть, пока она больше не смогла оставаться неподвижной под ним. Ноги сами собой разошлись, и он немедленно заполнил пространство своим поросшим волосами бедром.

Он стал покрывать поцелуями ее тело, и она, как часто мечтала, погрузила пальцы в густые, волнистые пряди. Он продолжал целовать ее руки, впадинки между ребрами, мягкий живот. Она позволяла ему все, чуть подрагивая, когда щетина колола нежную кожу, но когда он добрался до пупка и кончик языка нырнул в крошечную ямку, потрясенно охнув, откатилась от него.

— Нет… Саймон… пожалуйста…

Он немедленно схватил ее в объятия, улыбаясь в стыдливо побагровевшее лицо.

— Это уже слишком? — хрипло докончил он. — Прости, я на мгновение забыл, что для тебя все это ново. Полежи тихонько со мной рядом. Ты не боишься, нет?

И прежде чем она успела ответить, он накрыл ее губы своими, слегка посасывая. Волосы на груди чуть щекотали нежные холмики, как шершавый бархат. Их соски при каждом вздохе терлись друг о друга. В горле Аннабел вибрировали счастливые стоны, знаменуя новую степень наслаждения. Она немного расслабилась, и тут его ладонь снова скользнула по ее животу, а колено втиснулось чуть глубже между ее бедрами.

Аннабел закрыла глаза, когда его пальцы запутались в мягких завитках и погладили набухшую плоть. Он раздвинул сомкнутые складки, нашел крохотный пульсирующий бугорок и слегка дразняще погладил.

Аннабел показалось, что сейчас она растает. Кровь бросилась ей в лицо, окрасив розовыми пятнами белую кожу. Но кончик пальца неумолимо пробирался глубже, в истекающую соками пещерку. Сердце Аннабел гулко колотилось, а ноги словно немели по мере того, как усиливалось наслаждение.

Снова отодвинувшись, она непонимающе уставилась на мужа.

Тот лежал на боку, приподнявшись на локте. Темные волосы растрепаны, глаза горят страстью и потаенным весельем. Он, казалось, прекрасно понимал, что с ней происходит, и был заворожен ее невинным испугом.

— Не уходи, — попросил он, улыбаясь. — Не хочешь же ты пропустить лучшую часть! — И медленно подмял ее под себя, не переставая ласкать.