Тайны летней ночи

Где Саймон? — выдавила она, пытаясь сесть.

Ее осторожно прижали к земле.

— Отдохните еще немного, — посоветовал мрачный голос. — С вашим мужем все в порядке. Немного ободран и обуглен, но определенно не окончательно погиб для общества и может быть использован по назначению. Я даже не думаю, что его чертова нога сломана: шел он, во всяком случае, довольно энергично.

Немного придя в себя, Аннабел с тупым удивлением обнаружила, что полусидит в расстегнутом платье на коленях лорда Уэстклифа, каким-то образом устроившегося на земле.

Глядя в словно высеченное из камня лицо графа, она заметила, что в его всклокоченные волосы набилась грязь, а загорелое лицо покрыто сажей. Всегда безупречно одетый, аристократ выглядел таким симпатичным, растрепанным и неожиданно человечным, что она едва его узнала.

— Саймон, — снова прошептала Аннабел.

— Его как раз укладывают в мой экипаж. Нечего и говорить, что ему не терпится видеть вас рядом. Я увожу вас обоих в Марсден-Террейс и уже послал за доктором, чтобы сразу же осмотреть мистера Ханта.

 — Уэстклиф усадил ее чуть поудобнее. — Кстати, почему вы пошли за ним? Вы могли бы стать очень богатой и молодой вдовой.

Вопрос прозвучал не издевательски, а с неподдельным интересом, который окончательно ее смутил.

Аннабел, не отвечая, уставилась на кровавую кляксу на его рукаве.

— Не шевелитесь, — велела она, вцепившись поломанными ногтями в кончик тонкого, как игла, металлического осколка, торчавшего из рукава. Не успел Уэстклиф оглянуться, как она резко дернула и вытащила осколок.

Лицо графа исказилось от боли.

Аннабел рассмотрела свою добычу и поднесла к глазам графа. Тот грустно покачал головой:

— Господи, а я и не заметил!

Крепко сжав осколок, Аннабел с подозрением осведомилась:

— А вот почему вы вошли туда, милорд?

— Услышав, что вы ринулись в горящее здание, чтобы спасти мужа, я решил предложить свои услуги… возможно, открыть дверь, убрать с дороги тяжелые предметы… нечто подобное…

— И вы вполне преуспели в своем намерении, — заметила она в тон ему.

Уэстклиф ухмыльнулся. Зубы ярко блеснули на черном лице. Он чуть отодвинулся и ловко, абсолютно бесстрастно, словно горничная, застегнул ее платье на спине, одновременно вслух оценивая величину причиненного ущерба.

— Погибло только два человека, и один пропал без вести, — пробормотал он. — Просто чудо, учитывая масштабы несчастья.

— Означает ли это, что фабрике пришел конец?

— Нет, думаю, мы довольно быстро отстроим литейную.