Тайны ночи

И ничего не желал так сильно, как сейчас эту женщину.

Единственную в мире женщину, которая не могла принадлежать ему.

Интересно, что бы сделал на его месте Бей? Конечно, трудно представить Бея на его месте, но Бренд подозревал, что брат просто похитил бы Розу, уверенный в своей правоте.

Однако Бренд не мог лишить любимую права выбора, тем более что прекрасно понимал ее отчаяние. Супруги решили обойти закон и восстановить справедливость, и Роза смело выполняла задуманный план.

Лорд вспомнил ее неловкость и наивность, вспомнил, как отчаянно сопротивлялась она своим чувствам.

Бренд больше не сомневался в ее любви и в тех волшебных узах, которые внезапно связали их обоих. Он знал, что разлука принесла ей такую же боль.

Она вела себя геройски, и самое меньшее, что он способен сделать для нее, — это тоже стать героем.

А еще увезти из Венскоута докучливого коттерита.

В Лейберне он спросил Овертона, куда тот намерен поехать.

— Без разницы. Все равно я вернусь в дом моего дяди.

Они сидели в гостинице и ужинали — если, конечно, можно назвать ужином тушеные овощи, которые поглощал Овертон, запивая их разбавленным пивом.

Бренда так и подмывало взять со своей тарелки одну из скоромных свиных котлет и запустить ею в проклятого святошу.

— Вы туда не вернетесь. Я велел тамошним слугам уведомить меня, если вы опять заявитесь в Венскоут. — Бренд не стал грозить конкретным наказанием: это было лишним.

— Почему? — возмущенно воскликнул Овертон, сделавшись почти таким же багровым, как и его дядя.

 — Почему вы проявляете такой интерес к чужим делам? Это даже неприлично.

— Мне нравится сэр Дигби. Он просил вас уехать из Венскоута, и я забочусь о том, чтобы вы исполнили его просьбу, как и подобает хорошему племяннику. Я уверен, что любой коттерит меня одобрит.

— Мы предпочитаем называться святыми.

— Так вот и оправдайте это звание.

Овертон сердито замолчал. Бренд вынужден был признать, что при всей своей нелюбви к автократии он находил сей миг весьма сладостным.

Вероятно, Бей испытывал то же грешное удовольствие, глядя, как его жертва барахтается в сетях, точно форель, выброшенная на берег безжалостной рукой рыбака.

— Отвезите меня в «Роустон Глиб», — попросил Овертон, доев свой скромный ужин.

— Это поместье под Норталлертоном.

В глазах Овертона мелькнул какой-то странный огонь.

— Недавно я был в тех краях, — как бы между прочим произнес Бренд. — «Роустон Глиб» граничит с поместьем, которое я намерен купить.