Тайны ночи

— Ему пятьдесят пять, а вам?

— Двадцать четыре, — машинально ответила она.

— Сколько же вам было, когда вы выходили замуж?

— Черт возьми! Зачем вы это сделали?

Розамунда никогда прежде не подвергала сомнению свою отчаянную потребность в укромном и безопасном пристанище. Она бежала от родных, изводивших ее своей жалостью, бежала от необходимости встречаться с незнакомыми людьми. И сейчас было слишком больно ворошить эту рану.

— А что такого? — резко спросила она. — Многие девушки рано выходят замуж, и некоторые предпочитают пожилых мужчин.

Мой муж — хороший человек, пожалуй, я больше не стану подвергать риску наши супружеские отношения.

Бренд хотел было поспорить, но передумал и, откинувшись на спинку кресла, отхлебнул свой шоколад.

— Я не буду болтать. Даю слово. Вы жалеете о своем поступке?

— Прекрасно. — Он осушил чашку. — Итак, что прикажете?

Она на мгновение растерялась, потом залилась румянцем:

— Ничего? Учтите, милая леди, хоть вы и обворожительны, но я буду служить вам только до рассвета.

У меня дела, я не могу ими пренебречь. Если вы попытаетесь меня удержать, то вместо послушного раба получите врага.

— Я не стану вас удерживать.

«Однако вам не понравится тот способ, которым я вывезу вас отсюда», — мысленно добавила Розамунда. Она еще не придумала, как это сделает, но знала, что в любом случае Бренд превратится в ее врага. Так будет лучше. Увы!

— Ко мне пришла гостья, я должна уделить ей внимание, — сообщила она, вставая. — К тому же мне нельзя находиться у вас слишком долго — это вызовет подозрения.

— Во всем виновата моя ангельская внешность, — усмехнулся он. — Никто не поверит в вашу безгрешность.

— Вот именно. Будь вы некрасивы, все было бы гораздо проще.

— Я могу косить глазами, — сказал он и тут же это продемонстрировал. — Но, к сожалению, долго не получается. — Розамунда лишь покачала головой. Неудивительно, что он оказался пьяным в канаве. К сожалению, этот красивый мужчина был ужасно несерьезным.

 — Можно мне хотя бы одеться? — спросил он. — В этом году римский стиль не моден.

— А жаль! — сказала она и решила напоследок полюбоваться римским стилем. Бренд засмеялся. — Ваша одежда сильно поистрепалась, но я распоряжусь, чтобы горничная принесла ее.

— Так когда мне вновь приступать к своим обязанностям?

Розамунда вцепилась в пустой поднос, выставив его перед собой как щит. Умом она понимала, что не должна больше встречаться с этим мужчиной.