Тайные тропы

Первые три сеанса их сопровождал, по просьбе Ожогина, человек Долингера, под тем предлогом, что им были незнакомы окрестности города, а на два последних сеанса они выходили самостоятельно.

Генрих встретил гостей на крыльце.

— Заждался, — объявил он, крепко пожимая руки Алиму и Андрею. — Пойдемте в дом, Марта ужин приготовила...

Друзья попытались отказаться от еды. Они знали, как трудно в городе с продовольствием, но коль скоро стол оказался уже накрытым, а Генрих, ожидая их, ничего не ел, пришлось принять приглашение.

Дом состоял из прихожей, кладовой и небольшой комнатушки. Из двух маленьких окон открывался вид на железнодорожное полотно, проходящее в каких-нибудь пятнадцати метрах от дома. Стол, несколько стульев, посудный шкаф и сундук составляли все убранство квартиры. В комнате было чисто и уютно.

Со двора вошла пожилая женщина, жена Генриха, и поставила на стол тарелку с вареным картофелем и миску с молодым зеленым горохом.

Фель познакомил гостей с женой и пригласил всех за стол.

— Порядок требует начинать не с картофеля, — сказал Генрих, направился к шкафу и вернулся к столу с пузатеньким фарфоровым графином и рюмками.

Напиток был до того густ, что напоминал собой ликер.

Когда жена Генриха зажгла свет, сам он подошел к окнам и затянул их черной маскировочной бумагой.

Ужин прошел за беседой. Узнав, что оба друга холостяки, Фель улыбнулся.

— А я дважды женился... — Старик посмотрел поочередно на молодых людей.

Уж это совсем непонятно. Андрей перевел услышанное Алиму. Тот не без удивления посмотрел на хозяина.

Видя, что гости недоумевают, Генрих рассмеялся.

Уходя в подполье от преследований гестаповцев, Генрих сменил и имя, и фамилию, под которыми жил на родине. Так же поступила и жена. Они долгое время вынуждены были находиться в разных концах страны, а когда удалось встретиться, пришлось снова юридически оформить брак.

— Вынуждена была вторично в него влюбиться, — сказала Марта.

Фель положил свою большую руку на плечо жены.

— Пять лет мы не виделись с тобой, Марта. Так ведь? И не забыли друг друга. Из-за одного этого можно было второй раз жениться. Я и не думал, что останусь жив и вырвусь из этого страшного водоворота. Сколько раз смерть смотрела в глаза. А как тяжело и горько умирать, сознавая, что жизнь твоя не принесла никакой пользы, что из нее ничего не вышло и прошла она впустую...