Тайные тропы

Надо обдумать все до самых мельчайших деталей, до точек, до запятых. Все предусмотреть, все взвесить, все учесть. Но не тянуть. Время не ждет. Тренируйтесь в языке. Язык вы оба должны знать более чем в совершенстве. Особенно разговорную речь.

— Как с людьми? — спросил Марквардт.

— Дайте мне их клички, пароли, адреса. Всему свое время. Вы имеете в виду тех двоих, о которых уже говорили?

Марквардт подтвердил.

— О них позаботится Голдвассер, — сказал незнакомец и поднялся, дав понять этим, что беседа окончена.

Вслед за незнакомцем уехал Юргенс. Марквардт остался один. Побродив из угла в угол по накуренному кабинету, он вошел в спальню и остановился около трюмо. На него глянуло лицо с припухшими веками, с синими кругами вокруг глаз. Марквардт выругался и отошел от зеркала.

Он разбудил дежурного и приказал ему достать обязательно к утру учебник югославского языка и немецко-югославский словарь.

— На кой же чорт я тогда занимался русским? — проворчал Марквардт, укладываясь спать.

Догорал жаркий день.

Вечерело. Прозрачный, нагретый за день воздух колебался на горизонте. От уходящего за лес солнца ложились длинные, густые тени.

Алим и Андрей приближались к лесу. Впереди уже вырисовывалась, точно врезанная в зеленый фон, сторожка Генриха Феля.

Экскурсия, предпринятая Андреем и Алимом, была необычной. Последнее время Ожогин делал все возможное, чтобы вывести подпольную группу антифашистов, руководимую Генрихом, на путь настоящей боевой работы. Надо было наносить чувствительные удары, способствующие успехам Советской Армии на фронтах.

Этого требовала и «большая земля». Но участники подполья не имели еще опыта боевой работы. Первым шагом в этом направлении было уничтожение Лодзе, второй шаг — операция, связанная с подземным заводом. Руководство ею было возложено на Грязнова и Ризаматова.

Операции предшествовала долгая подготовительная работа, в которой принимали участие несколько человек; Гуго поручили изготовление взрывных материалов.

Ожогин поднял вопрос перед Долингером о необходимости провести несколько тренировочных сеансов в открытом поле.

Тот поддержал предложение и доложил об этом Юргенсу. Ожогину и Грязнову выдали пропуска на хождение за городом в десятикилометровой зоне и специальное разрешение на вынос радиостанции с питанием. Они провели уже пять сеансов, сегодняшний выход был шестым по счету. Удаляясь на различные расстояния от города, они устанавливали связь с радиоцентром Долингера днем и ночью.