Тайные тропы

На шее у нее висел ошейник, к которому был прикреплен обрывок поводка. Не решаясь дотронуться до сухаря, голодное животное испуганно смотрело на людей.

— Фас! — подал команду Ожогин.

Овчарка сделала несколько шагов, ноги ее дрожали, обильная слюна текла изо рта. Потом она бросилась к сухарю, жадно схватила его, и он захрустел на ее зубах.

— Пошли, — предложил Никита Родионович.

Сумерки сгущались. Серый небосклон потемнел, далекие деревья слились в одну синюю массу. Друзья вышли на ровное и чистое место. Здесь, вероятно, в прошлом году рос картофель, — то и дело ноги проваливались в рыхлый грунт.

Сзади раздавался шорох, за ними, выдерживая дистанцию, плелась собака.

— Теперь не отвяжется, — проворчал Андрей.

— Пусть идет, — оказал Алим, — собака не враг.

Когда добрались до леса — совсем стемнело. На опушке решили передохнуть и обсудить дальнейший маршрут. Надо было разыскать тропинку, двигаться напрямик трудно и нецелесообразно. Андрей предложил подождать восхода луны, она появлялась в девять вечера.

Никита Родионович и Алим согласились — время подходило к семи, и два часа можно было уделить отдыху. Выбрав место посуше, друзья расстелили вещевые мешки и сели. Сонный лес был погружен в глубокую тишину, не доносилось шума и со стороны города.

— Странно, — сказал Андрей, — американцы уже совсем близко, а боя не слышно.

— Так уж воюют, — неопределенно заметил Ожогин.

— Странно, очень странно, — повторил Андрей.

Погруженная в темноту земля казалась мертвой, даже ветра не было. На небе заискрились звезды, голубые, ясные.

Глядя на небо, Андрей всегда вспоминал родные места, — он любил с детства наблюдать, как загораются вечером первые звезды. Он с сестрой, бывало, давно-давно, когда они еще не ходили в школу, вот так с наступлением темноты искали первую искорку на небе. И если это удавалось сделать сестренке Светлане, она хлопала в ладоши и, смеясь, кричала: «Моя звездочка, моя звездочка!», и загибала на руке палец. Звезды вспыхивали быстро, и обе руки его оказывались сжатыми в кулачки; тогда она поднимала их и показывала Андрею: «Вот сколько моих звездочек, а у тебя нет». ..

Воспоминания о детстве наполнили Андрея легкой грустью. Ему захотелось быть дома, там, у себя на Урале, побродить по тайге, мохнатой и хмурой, выйти к реке, посмотреть, как плывут плоты, — летом их всегда гонят вниз по течению. Андрею раньше казалось, что на плотах особые люди. Как в сказках, они уплывают в синее море и превращаются в витязей, а плоты в китов...