Тайные тропы

В ожидании «девятого» следователь поднял со стула свое грузное пятидесятивосьмилетнее тело, разогнул его в пояснице, сделал несколько шагов по комнате и остановился около окна.

Отсюда открывался вид почти на всю территорию кирпичного завода, превращенного в концентрационный лагерь. Люди размещались под навесами, где ранее сушились кирпичи и черепица. Они спали на широких, наскоро сколоченных нарах, покрытых соломенными матрацами. Навесы именовались теперь бараками, отделялись друг от друга густыми рядами колючей проволоки и каждый из них имел свой номер.

Флит смотрел в окно до тех пор, пока в поле зрения не появилась фигура конвоира, сопровождавшего вызванного для беседы русского. Флит заторопился на свое место.

Русский был невысок ростом, худощав, с гладко остриженной головой, с большими карими глазами, лет двадцати семи — двадцати восьми.

— Вы офицер? — спросил Флит.

— Командовали дивизионом гвардейских минометов?

— Когда сдались в плен немцам? Садитесь... Что вы стоите?

Тимошенко усмехнулся и сел.

Он объяснил Флиту, что в плен не сдавался, а что его, трижды раненого, без сознания, подобрали на поле боя год назад. Тимошенко рассказал, как это произошло.

— Хорошо, хорошо, — сделал нетерпеливый жест Флит. — Это не столь важно.

— Для кого? — спросил Тимошенко.

Следователь замешкался и вынужден был сказать, что неважно это для него.

— Возможно, — уронил капитан.

— Я, собственно говоря, вызвал вас затем, чтобы объявить...

— Что пора? — насторожился Флит. — Откуда вы знаете, что я хочу сказать?

— Догадываюсь, — добродушно улыбнулся Тимошенко.

— Не то, не то... — замямлил следователь. — Об этом мы будем говорить, когда соединимся с вашими войсками и прибудут ваши представители. Сейчас еще рано. Я имею в виду другое.

— Вам придется выехать в Соединенные Штаты..?

— Это зачем же? — спросил Тимошенко, и в глазах его появился злой огонек.

— Не горячитесь. Вы молоды, я вам гожусь в отцы и плохого не желаю. Вы еще не видели света.

— Вы не видели таких прекрасных городов, как Нью-Йорк, Чикаго, Вашингтон. Вы не видели океана, по которому вам придется плыть. Вы не представляете себе всей прелести самого путешествия.

— И все это бесплатно. Совершенно бесплатно, на всем готовом, на полном пансионе.

— Ну вот, видите. Вы поняли меня?

Флит досадливо поморщился. Совершенно напрасно он потерял несколько минут.