Как можно было делать вид, как будто несчастная дочь не существует? Разве мать не должна прежде всего быть рядом с ней, помогая ей бороться с болезнью? Как можно было поместить ее в сумасшедший дом, а самим счастливо жить дальше?
«Несчастная, — сказал Лиллебрур. — Бедная мать, чья дочь унаследовала душевную болезнь и сожгла дом чувствительной матери!»
Унаследовала? Действительно ли у Карин наследственный дефект? Согласно Вемунду, у нее такого дефекта не было . Согласно Вемунду, ее рассудок помутился вследствие шока.
А Вемунду Элизабет верила. Безгранично!
Ее мысли вернулись к очаровательной госпоже Тарк.
— Но я уже продумала свой костюм, — непринужденно сказала она. — У меня есть платье, которое я, немного изменив, могу переделать в костюм Титании, королевы эльфов.
В глазах госпожи Тарк замелькали искры. Она не привыкла, чтобы ей перечили.
— Но, дитя мое, я уже была эльфом на прошлом балу. Это будет повторением. А вот валькирии раньше не было.
И не будет!
— Госпожа Тарк, я не подходящий типаж для перевоплощения в валькирию.
С моими резкими движениями и бесстрашным стилем я стану слишком мужеподобной. Мне нужно мягкое обрамление, иначе ничего вообще не получится.
Приторная улыбка.
— Дорогая моя, я помогу тебе избавиться от бесстрашного стиля. Лиллебрур довольно чувствителен в этом вопросе, избалован своей мамочкой.
Самодовольный извиняющийся смех. Она продолжала:
— Лиллебрур любит все нежное, женственное.
Она беспомощно развела руки.
— Но если ты будешь эльфом, дорогая Элизабет, то тебе нужно будет напудрить волосы.
— Это не обязательно. У меня есть белый парик без пудры. Вообще-то я не выношу париков, но ради одного вечера готова потерпеть.
Но госпожа Тарк была настроена скептически. Она произнесла извиняющимся тоном:
— Но ведь эльф такой… эфирный, дорогая моя! А ты не совсем…
Она не решилась закончить предложение.
— Тогда я приду в обычном платье, — отрезала Элизабет. — Я не могу себя представить в костюме валькирии.
Эмили Тарк сдалась.
— Ладно, тогда будешь королевой эльфов. Но что ты сделаешь со своей загоревшей кожей? Здесь пудра была бы действительно к месту.
— Исключено, — сказала Элизабет. — Пудра — это не для меня! Я никогда не слышала об эльфе, страдающем одышкой.
— У тебя хорошее чувство юмора, Элизабет, — улыбнулась Эмили Тарк. С каждым произнесенным ею словом она отдалялась от непослушной Элизабет. — Подожди здесь, я принесу замечательную принадлежность к костюму Титании.
