Время от времени Элизабет посматривала в его сторону и видела, как он на берегу реки вместе с другими взрослыми расчищал завалы.
Чувство спокойствия овладело ею оттого, что он был рядом.
Элизабет начала уставать. Она не помнила, скольким несчастным она оказала срочную помощь. Прибыли люди из спасательной службы, и сумятица еще больше усилилась. А потом стало чувствоваться, что во всем устанавливается порядок.
Но еще предстояла колоссальная общественная работа по устройству жизни людей, оставшихся без крова. Как она будет осуществляться, Элизабет понять не могла.
После того как раненым была оказана помощь, их забирали к себе родственники или друзья в свои жалкие лачуги. Детей, насколько это было возможно, размещали во временных домах. Однако мысль о будущем бездомных вызывала печаль, безнадежность и отчаяние.
Судя по увиденному Элизабет, несчастье никого не обошло стороной.
Изо всех хижин доносился горький детский плач.
Доктор переместился к другой группе раненых, которых вода вынесла на берег ниже по течению реки.
Элизабет оказывала помощь оставшимся и давала распоряжения полицейским о поиске для них ночлега.
И вдруг произошло то, что стало поворотным пунктом для всех, кто имел отношение к загадке вокруг Карин.
Три маленькие девочки подошли к Элизабет. Они остановились на почтительном расстоянии. Но было очевидно, что у них было что-то важное на уме.
7
Это были три крохотные, бледные и худые девочки.
— Ну, что у вас? — по-доброму спросила Элизабет.
— Мама рожает ребенка, — прошептала самая старшая с испуганными глазами.
— Сейчас?
— Да. Вы можете придти?
Элизабет посмотрела по сторонам. Она валилась с ног от усталости. Она поборола вздох.
— Ладно, а где находится ваша мама?
Робкие, жалобные голоса почти шептали.
— В нашем доме. Вон там.
В непострадавшей части трущоб…
— Госпожа Карин, — сказала она своей пациентке, которая нашла укрытие от дождя под стрехой. — Вы не могли бы пойти со мной? Мне может понадобиться Ваша помощь.
— Этот день просто отвратительный, — пожаловалась Карин.
— Я чувствую себя не в своей тарелке!
Но она отправилась. И больше не семенила. Да и к чему все это? Низ ее платья был по щиколотку вымазан глиной. А как выглядела сама Элизабет! Серо-желто-коричневая, в грязи и глине с ног до головы.
Они последовали за девчушками в хаотичное скопище отвратительных лачуг, где вместо дверей прибили ставни.
Они вовремя подоспели. Речь шла о минутах!
Женщина лежала на кровати из неописуемых лохмотьев.
