Тайная беременность. Девочка Громова

Блять, отцом стал.

Когда спрашивал у Артура, каково это, тот сказал, что круто. И да, ощущения классные. Особенно когда на руках подержишь. Но я пока, чёрт, боюсь. У меня ладонь как половина его тела. И держать я его не умею.

– Чего встал? Боишься? – с вызовом кидает эта неугомонная девчонка. – На руках подержишь?

Шумно выдыхаю через нос. Да что же я как баба себя веду?

Решительно подхожу к её кровати, ставлю цветы в вазу. Вообще забыл про них, всё время сжимал в пальцах от волнения.

Помыв руки, подхожу к жене.

И, прежде чем взять малыша на руки, целую её в лоб. Моя малышка, как всегда, пахнет красными розами, без которых не могу жить.

– Спасибо за сына.

– Вместе делали, – смеётся.

Сколько же всего за этот год у меня случилось… Женился семь месяцев назад. А теперь у нас сын, которого я беру на руки. Они не дрожат. Потому что не могу себе позволить.

Укладываю его в своих ладонях, придерживая голову. Капец… Мелкий… Ярослава тоже такая была маленькая. Но тогда я не взял её ни разу на руки.

Ненавидел.

А теперь… Жизни без неё не вижу.

– Ты подумал насчёт имени? – мелодичный голос разрезает палату. Яра пожелала так: имя выбираю я. Долго думал.

– Решил, – улыбаясь, киваю. – Он – наше сокровище. Наша большая драгоценность… Динар.

Спустя месяц после родов.

Ярослава

– Как вы тут?

Громов дёргается от моего вопроса, сидя на диване. Кидает в меня острый недовольный взгляд.

Ой, напугала, что ли?

– Прости, я не хотела, – виновато смеюсь и быстро меняю тему: – Покушал?

Эмин добреет на глазах.

Услышав о малыше, он тут же смотрит на него, покачивая на руках. Перехватывает бутылку со смесью, отставляет в сторону.

– Хорошо. Уже уснул.

Говорит так тихо, будто боясь спугнуть.

Но скорее он пугает меня, чем недавно родившегося сына. Весь месяц он не выпускает его из рук. Постоянно таскает, почти не даёт мне его на руки. Говорит, наслушался, как у девушек потом спины отваливаются. И стало жалко меня.

Но уверена – это всего лишь предлог, чтобы побольше побыть с сыном.

Он ради него укоротил свой рабочий день. Если и раньше, на последних сроках беременности, он работал всего лишь до пяти, то теперь в два часа дня он как штык дома. По нему время узнавать можно…

– Отрубился уже.

– Хорошо, – киваю. – Как раз поспит, пока мы в дороге будем. Давай я тебя поменяю? Сходишь, переоденешься, искупаешься?

Я-то уже при полном параде. Красивое летнее платье надела, накрасилась, волосы чуть завила…

Едем на эти выходные к Мирославе и Артуру.