Талисман Белой Волчицы

Вытянув длинные ноги, он вольготно раскинулся в кресле и, пуская дым в потолок, мечтательно улыбнулся. — Раньше, Алексей, проще было! Все старатели исправно платили «положение» — пятую часть со своей добычи. Мы тоже платим в казну подобный налог, делимся, так сказать, с государством. Поначалу у нас был Кузьма Силыч в одном лице и бухгалтер, и золотоприемщик, и охранник. Работал не покладая рук, а золото, что скупали и добывали, хранил, не веришь, у себя под подушкой. Горный надзор и полицию мы отродясь в тех местах не видали.

Люд к нам, правда, забредал всякий, но я не слишком интересовался их паспортами, доверял им, но и они мне доверяли. А с бузотерами расправлялся по-своему, долго они мою плетку помнили!

Михаил забрал у Алексея карты, закрыл их в сейфе и вновь откинулся в кресле. Хоровод воспоминаний опять закружил его. И они отдавали явной ностальгией по прежним временам, вероятно потому, что не прошла еще жгучая обида, вызванная несправедливыми претензиями старателей.

— Золото лежало неглубоко, — продолжал наслаждаться воспоминаниями Михаил.

 — В иных местах даже на поверхности, подо мхом… Артелька в пять-шесть человек намывала за день до четырех-пяти фунтов. А в верховьях Звонкого ключа и вообще сплошная хальнина шла. Там за световой день брали порой до двадцати фунтов. Считай, полпуда! А когда драгу приволокли, то и вовсе пошло-поехало!

Золото у Силыча уже не умещалось под подушкой, пришлось строить банк. Срубили обычный домик в слободе, рядом с управлением приисками, без окон, правда.

Раскатать его можно голыми руками, но золота в нем хранили порой до пятидесяти пудов!

— И ты не опасался, что кто-то на него позарится?

— Конечно, опасался, оттого и стражу себе завел. Да Никодим казачков своих в помощь дает, когда обоз с рыжьем в Североеланск ..

В дверь постучали, и Михаил замолчал, не закончив фразу.

— Входи, кто там? — крикнул он и бросил быстрый взгляд на часы. Видно, что и Алексей с нетерпением дожидался Ивана, который пропал, как в воду канул.

А они не хотели начинать без него пирушку.

Но вместо Ивана на пороге вырос Егор. Руки его были в крови, а в руках он теребил форменную фуражку. Усы его печально поникли, и урядник виновато посмотрел на Алексея.

— Что случилось, Егор Лукич? — вскинулся Алексей на ноги.

Тот вдруг в сердцах выругался и с размаху швырнул фуражку на пол.

— Упустили филеры Степку! Как есть упустили!

— Как это случилось? — спросил сухо Алексей.