Талисман Белой Волчицы

Я ее на руках до больницы нес, благо, что это рядом со «Снами».

— Ладно, дождемся Ивана, — вздохнул Алексей, — и будем решать, как нам дальше поступить. — И оглянулся на глухой стук открывшейся оконной рамы.

Легкий на помине Вавилов сидел на подоконнике, свесив в комнату грязные ноги. Он окинул всех несомненно торжествующим взглядом и спрыгнул на пол. И, хлопнув в ладоши, прошелся ими по коленям и бедрам и выдал пятками лихого трепака. Потом с размаху приземлился в кресло.

— Эх, сейчас бы помыться, переодеться да стопку водки с устатку под х-а-а-роший балычок! — произнес он мечтательно, закатив глаза под потолок.

— Иван, прекрати кривляться! — взмолился Алексей. — Говори уже, не томи душу!

— Всему свое время, господа! Всему свое время! — потер он ладони. — Пока ничего не могу сказать, думаю, события скоро сами развернутся и покажут, что агент Вавилов не зря ноги бил по местным камням да кочкам. — И спросил Михаила:

— Сейчас велю узнать! Но вряд ли, иначе бы уже примчался сюда, сукин сын, — ответил тот.

— Прикажите, как только он войдет в дом, чтобы незамедлительно явился к вам. И пусть проследят, чтобы он ни с кем в это время не общался, а валил напрямки. Дескать, вы сердиты на него за долгое отсутствие.

— Да уж найду, что сказать, — улыбнулся Михаил и поинтересовался:

— Действительно что-то серьезное узнали или баловство какое?

— А об этом позже будем судить, когда дело до конца провернем. Только на баловство это никоим образом не тянет.

А пока сделайте все, как я прошу! — Иван встал с кресла.

 — Ну а теперь я хочу привести себя в порядок, пока Федька не явился. То-то удивится он, если увидит меня в подобном наряде. Он же, болезный, меня час назад в кабаке пивом угощал и на горькую свою судьбину жаловался.

— Выходит, Драпов тебя не заподозрил? — уточнил Алексей.

— Я ж старался! — ухмыльнулся Вавилов. — Но пьяные откровения весьма любопытно слушать. Чего только не узнаешь для наших дел полезного! — Он пристально посмотрел на Михаила. — Как только Федька появится, поступим следующим образом.

В наказание, что он прошлялся весь день незнамо где, заставьте его, Михаил Корнеевич, прислуживать гостям. И будьте с ним построже, высказывайте недовольство.

— Хорошо, это мы умеем! — согласился Михаил, не уточняя, зачем все это понадобилось. Видно, уже привык и почти безропотно сносил те обстоятельства, что на его вопросы отвечают лишь тогда, когда сочтут нужным.

— Ну и лады, — довольно усмехнулся Вавилов и потер ладони.