Таня Гроттер и Золотая Пиявка

– Ни за что не догадаетесь, кто сюда прется! – прошептал он.

– Профессор Клопп? – улыбнулась Таня, Такие ослы, как профессор Клопп, остаются неизменными во всех реальностях.

– Он самый! Откуда ты знаешь, кто это, если ты не наша малютка Гроттер? – с подозрением поинтересовался Ягун.

– Да ваша я, ваша! И вообще, ещё раз назовешь меня «малюткой», переименую тебя в «крошку Ягунчика»! Усек? – пригрозила Таня.

Кивнув, Ягун деловито осмотрелся и метнулся в узенький, кривой коридорчик.

– Сюда! Через подъемный мост нам не пройти! Там Клопп! Значит, выбираемся на стену! – распорядился он и, забрав у Ваньки перстень, что-то торопливо забормотал.

– Ты что делаешь?, – спросила Таня.

– Не мешай! Пытаюсь вызвать на «Хап-цап» мой пылесосик! У меня всегда были трудности с пространственными заклинаниями, – отмахнулся Баб-Ягун.

Снова потянулись сырые коридоры. Бесконечные лестницы Большой Башни внезапно переходили в готические галереи. Некоторые выводили к стенам, но большинство стараниями Чумы-дель-Торт и нежити обрывались в никуда и могли сопроводить лишь на кладбище.

Таня едва узнавала Тибидохс. Куда делись все картины, богатырские кольчуги, древние лари и бухарские ковры? Едва ли скрипучие виселицы и украшенные темным бархатом плахи сделали школу волшебников привлекательнее. Впрочем, дизайнерское воображение Чумы-дель-Торт навечно зависло где-то в секторе гробовой атрибутики.

Когда, наконец, лабиринты благополучно закончились и впереди, в узком светлом проеме выхода, показались зубцы и бойницы, Таня едва не завопила от восторга.

Увидев его, Баб-Ягун схватился за голову и застонал так мучительно, словно у него разом заболели все зубы. Многочисленные коридоры и тысячи ступеней, по которым пришлось прокатиться его летательной машине, не прошли для неё даром. Корпус треснул.

Турбонасадка отвалилась. От хромированного обода остался тонкий грязноватый след. Труба чихала русалочьей чешуей.

– По-моему, талисманов было больше... Или мне только так кажется? – поинтересовался Ванька.

Издав печальный вопль, Ягун метнулся проверять полетные талисманы.

– Ох, мамочка моя бабуся! Можно подумать, моим пылесосом лопухоиды двадцать лет чистили ковры! Ничего не может быть оскорбительнее для благородной магической машины!.. Теперь втроем нам точно не улететь.