Танцовщица в луче смерти

Она никогда не участвовала в его запланированных групповых утехах. Инцидентов было немало. И серьезные травмы он компенсировал своим дружкам, и сам гримировал синяки на физиономии. Но ему нравилась эта игра в укрощение тигрицы. Доигрался. Что тут поделаешь. Лучше бы этого не было, но не от нее это зависело: какая-то пружинка в ней лопнула... Однажды она его вытащила из спальни и столкнула с лестницы второго этажа. Он пытался изнасиловать Нину... Может, он ее и убил? Или по его заказу? Если так, то Виктория ни о чем не жалеет.

Одно плохо: теперь она во всем зависит от Козырева. Тоже подарок. Но надо потерпеть. Лишь бы вырваться. Лишь бы не тюрьма. Как недавно сказал ей тот же Козырев: «Ты всех не передушишь. Они тебя там на части порвут».

Виктория поднялась, прошла в довольно чистую ванную, налила очень горячей воды. Погрузилась в нее и опять испытала настоящее блаженство. Спала она крепко и спокойно. Проснулась среди ночи в тишине то ли от собственного вздоха, то ли от чьего-то стона... Ей приснилось, что стонет Алла.

«Мама», – произнесла в темноте Виктория.

Сергей посмотрел на определившийся на дисплее номер телефона и вздохнул.

– Да, Елена Васильевна. Слушаю вас. Ну, почему забыл. Закрутился просто. Как вы?

– Что значит – как я? Я жду. Ты обещал мне устроить свидание с той девицей, что сделала меня вдовой. И даже не звонишь.

– Если честно, я не понял, зачем вам это нужно. Ну, убийца она. Призналась. Все сложилось. Вроде аффект. Что вам это даст, извините?

– Ты не понял? Ничего себе! Вот если бы ты стал вдовой.

.. ну, я имею в виду, если бы ты вошел в мое положение... До тебя бы дошло, Сережа: женщина хочет знать, что такого сделал ее муж другой женщине, из-за чего она его задушила голыми руками. При том, что он нес ей золотые яйца...

– Да что с вами? Какие-то неприличные вещи вы говорите. Надеюсь, это нервное.

– Ты прав. Как-то не так получилось. Сережа, ты не виляй. Ты знаешь, я от своего не отступлюсь.

– Да я что... Сейчас попробую договориться со следователем. Эта Корнеева, кстати, ни с кем особенно не общается.

Дама проблемная.

– Вот пусть не пообщается со мной. А я с ней пообщаюсь.

– Звучит опять не очень понятно. Ладно. Я вам позвоню в ближайшие пятнадцать минут.

Позвонил он через двадцать.

– Елена Васильевна, не знаю даже, как вам сказать. Сам в шоке. Короче, побег.

– Сбежала ваша Корнеева.

– Ты с ума сошел? Ты шутишь? Как это возможно?

– Сам не пойму. Я туда поеду сейчас, может, что-то узнаю. Это вообще большой скандал.