Таргитай-2. Освобождение

Потом достал сопилку и начал подбирать мелодию на разные лады, чтобы била в самое сердце, заставляла плакать и смеяться, никого не оставила равнодушным!

Когда впереди замаячили домики, убрал дудку за пазуху. Поправив волчовку и отряхнув портки от налипших травинок, зашагал по улочке прямо к корчме, где ночью оставил спящего Нестора.

Едва волоча ноги, дударь переступил порог корчмы. Собрался было топать наверх и сладко поспать пару дней, а то и недельку. Однако, окинув взглядом уже слегка заполненную народом зал, увидел Нестора, поглощающего фаршированного, зажаренного на углях гуся.

Опустившись на лавку, Таргитай услышал, как та жалобно скрипнула.

– С добрым утром, – сказал он, торопливо отрывая сочное пропеченное крыло и начиная пожирать так, словно месяц ходил голодный.

Нестор промычал приветствие, жуя мясо. Тарх тем временем уже оторвал от гуся истекающий соком бок, принялся раздирать мясо и засовывать в рот.

Только сожрав все, как лесной пожар, дудошник понял, что мясо оказалось жесткое, но он был готов смолотить еще целую стаю таких же птичек. Завидев пробегающего мальчишку с подносом и пустыми тарелками, замахал руками. Знаками Таргитай показал, чтобы принес кабанчика, если нет поросенка, а еще вина и чего-нибудь сладкого.

Мальчишка кивнул, даже не удивившись, как все это понял всего лишь по жестам, и убежал на кухню.

Пока Тарх помогал Нестору доесть жесткого гуся, хозяин самолично принес кувшин вина, яблоки и все еще парующую, скворчащую, прямо со сковородки, яичницу на десять яиц. Заодно взял деньги и неторопливо вернулся за стойку протирать глиняные кружки.

– Где тебя носило всю ночь? – поинтересовался Нестор, глядя, как Таргитай с голодными глазами набросился на яичницу. – Кто-то очень громко храпел. Я думал, ты, а оказалось – соседи.

– Да ходил гулять, полюбоваться красотами, – проговорил дударь с набитым до пупа ртом.

Нестор глянул с удивлением.

– Какие уж тут красоты. Или к девке ходил? Ну ты даешь, Таргитай. Деревню терзает Зло, а он – по бабам…

Дудошник не ответил, прикончил яичницу, затем на стол поставили блюдо с поросем.

– А это что? – спросил он обиженно, показывая пальцем на белый корень.

– Хрен, – пояснил мальчишка. – Это ж поросенок с хреном.

– Я же просил – хрен отрезать! – сказал невр хмуро.