Выпить браги, спрятаться за их надежными спинами, наесться от пуза да играть на дудочке…пока они делают всю работу.
Он яростно тряхнул головой, отгоняя мысли о…детстве. Он ведь давно уже и (страшно подумать!) бог, и муж, и отец…а все, что было до этого – в прошлом и уже никогда не вернется. Отныне ему на плечи будет сваливаться все больше трудных задач.
Утерев глаза от пота, Таргитай узрел всюду вокруг тела поверженных гигантов. Они распластаны в лужах крови, что уже начинают высыхать от невыносимой жары.
На телах страшные раны, а то и вовсе отрублены головы, руки, ноги. На лицах застыли гримасы нечеловеческой боли. На некоторых уже сидят стервятники, выклевывают глаза, стучат клювами в виски, стараясь добраться до мозга.
Таргитай сам не заметил, как вокруг собрались боги – десятки мужчин, женщин…молодые и старые, красивые да уродливые…высокие и низкие. Все в светлых, запачканных кровью одеждах, доспехах, Перун – полуголый, торс блестит выпуклыми мышцами на солнце.
Вперед вышел высокий Числобог, на хламиде и посохе запекшаяся кровь, налипшие волосы, ошметки мозгов.
– Молодец, что пришел, Сварог! – молвил он. – Исполнил древнее Пророчество и спас весь людской род. Да и всех нас…что уж там говорить, – добавил он. – Исполать тебе, Сварог-Таргитай! Слава и благодарность от всех нас!
Мокошь тоже вышла вперед, с улыбкой приблизилась к Таргитаю. Тонкие нежные руки надели ему на голову венок из полевых цветов, испускающих сладковатый медовый запах.
– Слава тебе, Сварог-Таргитай!
– Слава! – хрипло отозвался стоящий Велес в медвежьей шкуре.
– Слава! – подхватил Перун, скаля зубы, словно уже не держит зла за прошлое.
К ним присоединились остальные боги и богини, принялись выкрикивать здравицы и многие лета Сварогу, небесному кузнецу. А Мокошь сказала, что этим венком отныне благословляет его на покровительство семейному очагу.
– Ты сам, как я вижу, успел со многими земными женщинами…, – сказала богиня с улыбкой.
– Создать с ними, так сказать, семейный очаг, хотя потом твоего духу там не было…Наш пострел – везде поспел!
Перун загоготал, Числобог усмехнулся в бороду, что-то шепнул молодому Симарглу. Велес и другие боги тоже начали от души хохотать, особенно вертя так и этак слово «пострел», то и дело все равно превращая в «скорострел»."
"Таргитай потупился, ощутил, как запылали уши.
