Те, кто уходит и те, кто остается

Когда мы спускались по лестнице, я подумала, что, наверное, следует рассказать ему о том, чего он, разумеется, не знает: что Микеле любит Лилу, потому и плетет вокруг нее свою паутину, что любовь эта опасная, что она не имеет ничего общего с физическим желанием, тем более с преданностью. Я чуть не сказала ему об этом. Он мне нравился, и я не хотела, чтобы он оставался в плену заблуждений, наивно полагая, что Микеле, этот воротила подпольного бизнеса, ходит за ним только потому, что хочет купить ум его подруги.

Он уже садился за руль, когда я спросила:

– А вдруг Микеле задумал ее у тебя увести?

– Тогда я его убью, – невозмутимо ответил Энцо. – Только он ничего такого не хочет. Любовница у него уже есть, это все знают.

– Мариза. Она опять от него беременна.

Мне показалось, что я ослышалась:

– Да, Мариза, жена Альфонсо.

Я вспомнила разговор с Альфонсо. Он ведь пытался поделиться со мной своими бедами, но меня так поразили его откровения, что их содержательная сторона прошла мимо моего внимания.

Я так и не поняла, почему ему было так плохо, а может, и сейчас понимала не до конца – чтобы в этом разобраться, надо было увидеться с ним снова. Но слова Энцо больно задели меня.

– А как же Альфонсо? – спросила я.

– Ему все равно. Говорят, он гей.

– Все – понятие растяжимое, Энцо. А что еще говорят эти все?

Он посмотрел на меня и заговорщически улыбнулся:

– Да мало ли что. В квартале только и делают, что болтают разное.

– Вспомнили тут старую историю: утверждают, будто дона Акилле убила мать Солара.

Он уехал. Я надеялась, что вместе с ним исчезнет и все, о чем он мне рассказал. Не тут-то было. Мне было страшно, и в то же время меня трясло от злости. Чтобы освободиться от этих мыслей, я бросилась звонить Лиле. «Почему ты ничего не рассказывала мне о предложениях Микеле, особенно о последнем? Зачем выдала секрет Альфонсо? Зачем пустила в народ слух о мамаше Солара – мы же с тобой придумали эту версию в шутку? Зачем ты отправила ко мне Дженнаро? Боишься за него? Скажи мне правду, я имею право знать, что творится у тебя в голове!» В общем, я сорвалась, но, обрушивая на нее град вопросов, в глубине души надеялась, что на этом мы не остановимся, что сейчас сбудется мое давнее желание обсудить, пусть по телефону, наши отношения, прояснить их и понять наконец друг друга.

Я нарочно провоцировала ее, чтобы вырвать из нее ответ на другие вопросы, которые касались лично меня.