Те, кто уходит и те, кто остается

Еще несколько лет назад, когда у меня была своя, пусть и скромная, писательская слава, я отнеслась бы к этому легко и даже порадовалась бы за Лилу, но теперь, когда мои достижения остались в прошлом, слова Микеле отозвались во мне болью. Мы с матерью обменялись взглядами. Она хмурилась; по выражению ее лица я поняла, что она с радостью влепила бы мне сейчас пощечину. Ее раздражало мое кроткое молчание; ей хотелось, чтобы я ответила, блеснула своими знаниями – знаниями высшего сорта, не чета этой ерунде в Ачерре.

В ее глазах читался немой приказ. Но я его проигнорировала. Вдруг Мануэла Солара, обведя комнату недовольным взглядом, воскликнула: «Ну и жарища! Вам не кажется?»

Элиза, как и мать, не желала мириться с потерей моего авторитета. Но если та страдала молча, то Элиза с сияющим лицом повернулась ко мне, своей любимой старшей сестре, которой искренне гордилась, и радостно сказала: «Я должна тебе кое-что передать». И тут же, в своей обычной манере перескакивать с темы на тему, спросила: «Ты когда-нибудь летала на самолете?» Я ответила, что не летала.

«Правда?» – «Правда». Оказалось, что из всех присутствующих только Пьетро летал много раз и не видел в этом ничего особенного. Но для Элизы и Марчелло это было настоящее приключение. Они летали в Германию, и по делам, и отдохнуть. Элиза немного боялась: самолет слегка трясло, а струя холодного воздуха била ей прямо в голову – еще чуть-чуть, и просверлила бы дыру! Но потом она увидела в иллюминатор белоснежные облака, а над ними ясное голубое небо. Так она открыла для себя, что там, над облаками, всегда хорошая погода и что с высоты земля кажется зелено-сине-фиолетовой, а кое-где сияет снежной белизной – они видели, когда пролетали над горами.

– Угадай, кого мы встретили в Дюссельдорфе?

– Не знаю, Элиза, – недовольно проворчала я, – сама скажи.

– Он просил передать тебе привет.

– У него все хорошо?

– Да, отлично. Он передал тебе подарок.

Так вот что она хотела мне передать – подарок Антонио.

Она побежала за ним. Марчелло смотрел на меня улыбаясь.

– Кто такой Антонио? – спросил Пьетро.

– Наш сотрудник, – ответил Марчелло.

– Жених вашей жены, – засмеялся Микеле. – Времена меняются, профессор. Сегодня девушки ни в чем не уступают парням, да еще и хвастаются этим. Вот у вас сколько было женщин?

– Ни одной. Я любил и люблю только свою жену, – серьезно ответил он.

– Не верю! – воскликнул Микеле, развеселившись.